От този момент нататък обаче много хора в държавите от Източния блок знаеха, че системата, в която живеем, не може да бъде реформирана, а само преодоляна.
Sindsdien wist men, wisten vele mensen in alle staten van het Oostblok dat het systeem waarin wij leefden, waarschijnlijk niet hervormbaar was, maar alleen overwonnen kon worden.