Ще бъде добре, ако Европа - тази елитна Европа - се вслуша в хората, които отхвърлят страха и мълчанието, които са уморени от несигурност; от несигурността, която ние сме им наложили.
Het is een goede zaak dat dit Europa van de elite luistert naar het protest van degenen die niet meer bang zijn en het stilzwijgen hebben verbroken; zij zijn de onzekere positie die wij hen hebben opgelegd beu.