На първо място, ние трябва да отговорим на въпроса дали личният национален интерес, който се появи по време на преговорите относно следващата финансова перспектива, отговаря на призивите за солидарност, отправени от нашите бащи основатели.
Allereerst moeten we antwoorden op de vraag of het nationaal egoïsme dat de kop opsteekt bij de onderhandelingen over de volgende financiële vooruitzichten, wel past bij de oproep tot de solidariteit van de oprichters van de Unie?