Също така показва, че тежестта на свръхрегулацията, която петни образа на ЕС, често не е по вина на институциите на ЕС, а на самите държави-членки.
Hieruit blijkt ook dat de overregulering, die het beeld van de EU vaak aantast, vaak niet de schuld is van een EU-instelling, maar van de lidstaat zelf.