Аз обаче не бих превел думата davlenie като натиск в наши дни, а по-скоро като съпричастна подкрепа и особено съпричастна подкрепа във всички области, в които Русия извършва осъвременяване и в които започват да се проявяват признаци на социална пазарна икономика, демокрация и принципи на правовата държава.
Ik zou vandaag het woord dawlenie niet met "druk” vertalen, maar eerder met "krachtige ondersteuning”, en wel krachtige ondersteuning op alle gebieden waar Rusland de weg naar modernisering bewandelt en waar kiemen van een sociale markteconomie, van democratie en van een rechtstaat te voorschijn komen.