Нарушението ще бъде прикрито с някакъв престъпен мотив, който би бил смешен, ако не беше толкова трагичен, като дейността срещу националната сигурност или пропагандата срещу режима, какъвто е разискваният днес случай.
Dat geval zal de vorm krijgen van een belachelijke - als het niet zo tragisch was - 'motivering van een misdrijf', namelijk een voor de nationale veiligheid bedreigende handeling of propaganda tegen het regime, zoals in de zaak waarover we vandaag debatteren.