Разглежданият тук въпрос не е колко души по света кой европейски език говорят или кой е най-красив естетически, а по-скоро процедурно решение, което Съветът има голямо желание да приеме.
Het gaat er niet om hoeveel mensen een bepaalde taal spreken in Europa, of in de wereld, en wat de mooiste taal is, het gaat om een besluit over de procedure, dat de Raad wil nemen.