Ако отпускът по бащинство не попада в обхвата на тази директива, защо тогава Комисията предлага разширяване на правното основание и защо не се позовава само на член 137, отнасящ се до закрилата на здравето?
Als vaderschapsverlof niet past binnen het kader van deze richtlijn, waarom heeft de Commissie dan voorgesteld de rechtsgrond ervan te verbreden en heeft ze niet gewoon volstaan met artikel 137, inzake bescherming van de gezondheid?