Просто има диаметрална противоположност между принципа, че в Европейския съюз има 23 официални езика, които би трябвало да са равни, и факта, че един патент може да доведе до огромни разходи по-конкретно заради превода му.
Er staan nu eenmaal twee dingen haaks op elkaar: het feit dat er in de Europese Unie 23 officiële talen zijn, die in principe gelijkwaardig zijn, en het feit dat een octrooi vanwege de vertalingen heel duur is.