Може би някои хора са мислили, че Парламентът ще стане по-податлив на влияние след изборите през юни или че настояването от негова страна за откритост и прозрачност напомня по-скоро предизборни обещания, отколкото истинска промяна на отношението.
Wellicht leefde bij sommigen de gedachte dat het Parlement na de verkiezingen in juni meegaander zou zijn, dat de eis om openheid en transparantie van het Parlement misschien meer het karakter van een verkiezingsstunt dan van een feitelijk standpunt had.