Бунтовете, предизвикани в арабския свят от самозапалването на младия Mohamed Bouazizi, не включват изобщо прояви на религиозни или идеологически елементи.
Het oproer dat uitbrak in de Arabische wereld nadat de jonge Mohamed Bouazizi zichzelf in brand stak, vertoont geen openlijk religieus of ideologisch element.