Като се има предвид, че в китайската конституция изрично се признава правото на всеки гражданин да се изразява на избрания от него/нея език, как могат политическите органи да обосноват този обратен завой от правна гледна точка?
Als de Chinese grondwet zelf het recht van iedere burger om zich in zijn eigen taal uit te drukken, erkent, hoe kunnen de politici in juridische zin dan het tegengestelde rechtvaardigen?