Но когато преговорите по договора приключиха и интеграцията беше подобрена, започна обсъждането на парите и на бюджета и се оказа, че вместо евроентусиазъм има евроегоизъм и желание да се плаща колкото е възможно по-малко за увеличената европейска интеграция.
Maar toen de onderhandelingen over het Verdrag waren afgerond en de integratie was verbeterd, begonnen de discussies over geld en de begroting, en toen bleek er niet zozeer sprake te zijn van enthousiasme voor Europa, als wel van euro-egoïsme en de wens zo weinig mogelijk te hoeven te betalen voor dat meer geïntegreerde Europa.