Или по-скоро как можеше да се направи това и какво следва да направим днес ние, като Европейски парламент, за да гарантираме, че тези събития няма да се случат отново?
Of, beter gezegd: hoe hadden we dit kunnen voorkomen en wat moeten wij als leden van het Europees Parlement vandaag doen om te voorkomen dat zulke gebeurtenissen zich ooit nog voordoen?