Очевидно в случая българското правителство е нарушило комуникацията с Комисията, като е оставило впечатление за непрозрачност и неверност на предоставените данни.
Het is duidelijk dat in dit geval de Bulgaarse regering geen communicatie meer onderhield met de Commissie, en dat daardoor de indruk is achtergebleven dat de verstrekte gegevens onbetrouwbaar en niet transparant zouden zijn.