Allerdings gab es bisher noch kein Anzeichen dafür, dass Lukaschenko bereit wäre, sein Regime zu demokratisieren, von der Freilassung politischer Gefangener ganz zu schweigen.
Но Лукашенко не подает никаких признаков, что он хочет демократизировать свой режим, не говоря уже о том, чтобы выпустить политических заключенных.