Aber bis zu welchem Grad ist es in der echten Welt möglich, konsequent auf Völkermorde und andere massenhaft verübte Grausamkeiten, Vertragsbrüche, Grenzverletzungen oder andere ernste Verstöße gegen internationales Recht zu reagieren?
Однако, в реальности, насколько последовательным может быть ответ на геноцид и иные массовые кровавые бесчинства, несоблюдение соглашений, нарушение границ или иные серьезные злоупотребления, нарушающие международное законодательство?