Ich studierte Maschinenbau, nicht nur, weil ich einen Beruf wollte, der mich vor der alltäglichen politischen Demagogie schützen konnte, sondern auch, weil ich hoffte, er würde mich vor meinem Selbst schützen, das ich an jenem unvergesslichen Nachkriegs-Nachmittag im Juli entdeckt hatte.
Я стал изучать инженерное дело не только потому, что хотел получить профессию, которая защитила бы меня от ежедневной политической демагогии, но и потому, что надеялся, что это защитит меня от самой существенной составляющей моей натуры, обнаружившейся в тот памятный послевоенный июльский вечер.