War diese Sorge über das „Nationbuilding“ eine Warnung? War es ihr ideologischer Beitrag zu einer Regierung, die – auch wenn sie das damals noch nicht wusste – ohne sie fortbestehen würde?
Была ли эта забота о “национально-государственном строительстве” предупреждением? Было ли это ее идеологическим вкладом в администрацию, что, хотя она не знала в то время, будет продолжаться без нее?