Ich habe aber immerhin in den mehr als 10 Jahren, die vergangen sind, seitdem ich dieses Brennen verspürte, gelernt, das Exil zu ehren und dies im Namen der Herausforderung und der Epiphanie, im Namen all der Zweifel und des lebenslangen Lernens, die das Exil mit sich bringt, im Namen der Leeren und des Reichtums, der freien Entfaltung meiner selbst und der Konflikte in mir.
Однако за более чем десять лет, прошедших с тех пор, как была нанесена первая рана, я научился почитать изгнание во имя всего, что есть вызов и прозрение, во имя всех сомнений и постоянного ученичества - его неизменных спутников, за его пустоту и богатство, за освобождение и внутренний конфликт в моей душе.