Doch könnte es zugleich das Ende von Amerikas Position als Zentrum des Weltfinanzsystems einläuten – und damit das Ende seines eigenen „exorbitanten Privilegs“.
Но это могло бы обозначать и конец нахождения Америки в центре мировой финансовой системы – и, таким образом, конец ее собственным “чрезмерным привилегиям”.