Wenn wir weniger stark von Erinnerungen der Beschwichtigungspolitik gegenüber dem Naziregime und dem sich hieraus ergebenden Genozid heimgesucht wären, wären den Menschen die Menschenrechte möglicherweise weniger wichtig.
Если бы нас меньше преследовали воспоминания о попустительстве нацистскому режиму и последующем геноциде, люди не были бы так озабочены защитой прав человека, как сегодня.