Friedmans Stimme war ein skeptischer frischer Luftzug zu einer Zeit, in der die vorherrschende Einstellung eine Art selbstgefälliger Pseudosozialismus war, der die erstaunliche Kraft des Marktes, wünschenswerte Ziele zu erreichen, nicht anerkannte.
Голос Фридмана был скептическим глотком свежего воздуха в то время, когда правящая точка зрения была, своего рода, самодовольным псевдосоциализмом, который не признавал поразительную энергию рынков в стремлении достичь желаемых целей.