Der gestürzte tunesische Diktator bedauert es mittlerweile bestimmt, dass seine Sicherheitskräfte Bouazizi nicht einfach verhafteten und einsperrten, statt ihm seine öffentliche Selbstverbrennung zu ermöglichen.
Свергнутый тунисский диктатор теперь должен сожалеть, что его силы безопасности не арестовали и не заключили в тюрьму Буазиза, вместо того чтобы позволить ему совершить прилюдное самосожжение.