Sie war nicht die „See des Friedens“, als die die kommunistische Propaganda sie darzustellen suchte –, sie war eine See der Drohungen, der Unsicherheit und der vertanen Chancen.
Оно не было «морем мира», как его старалась представить коммунистическая пропаганда, но было «морем угроз», морем ненадежности и упущенных возможностей.