Als er schließlich ans Bett gefesselt war, sagte er, er hoffe, seine Freunde würden sich an ihn so erinnern, wie er immer gelebt hatte und nicht wie das, wozu er am Ende geworden sei.
Когда, в конечном итоге, он слег, он сказал, что надеется, что его друзья будут помнить его таким, каким он был всегда, а не таким, каким он был в конце своей жизни.