Vor zwanzig Jahren, direkt nach dem Fall der Berliner Mauer, konnte man sagen: „Ich will Europa so sehr, dass ich bereit bin, ein Deutschland zu akzeptieren.“ Ein revolutionärer Zug, wenn man an den berühmten Witz des französischen Schriftstellers François Mauriac denkt: „Ich mag Deutschland so gern, ich will zwei davon.“
Двадцать лет назад сразу после падения Берлинской стены можно было сказать: &quot;Я так хочу Европу, что готов принять одну Германию” – революционный шаг, если имеется в виду известная шутка французского автора Франсуа Мориака: “Я так люблю Германию, что хочу, чтобы их было две”.