Die entscheidende Frage der nächsten Zeit wird allerdings sein, ob es tatsächlich auch die militärisch-politischen Fähigkeiten, das politische Durchhaltevermögen und den gemeinsamen Willen haben wird, um seinen Kerninteressen gemäß im Nahen Osten zu handeln?
Главный вопрос ближайшего будущего заключается в том, есть ли у Европы в действительности военные и политические возможности, политическая выдержка и сила воли, чтобы действовать в соответствии со своими ключевыми интересами на Ближнем Востоке.