Nun jedoch, so Porter, nach Depression und Krieg, „begannen wir der Idee zuzuhören, dass 100 Millionen Bürger, die durch eine Zentralregierung handelten, viel mehr erreichen konnten als eine Million Menschen, die als separate, selbstsüchtige Einheiten agierten.
Но теперь, писала Портер, после депрессии и войны «Мы начали прислушиваться к идее о том, что сто миллионов граждан, действующие через центральное правительство, могут добиться гораздо большего, чем сто миллионов граждан, действующих как отдельные эгоистичные единицы.