Die Hoffnung, die Macht der Nazis zu brechen und zugleich Deutschland vor dem Schicksal völliger Zerstörung, das es in den letzten Kriegsmonaten erwartete, zu bewahren, war ein nobles Ziel, selbst wenn es sich letztlich als unrealistisch erwies.
Вера в разрушение мощи нацизма с одновременной защитой Германии от полного разрушения и массового кровопролития в последние дни войны была благородной, даже если в итоге она была неосуществимой.