Das Gefühl der Rebellion auf dem Tahrir-Platz, alle Möglichkeiten offen zu haben, war verschwunden. Nun waren zwei Kandidaten in der zweiten Runde, die den Interessen der Protestierenden zutiefst entgegen standen: Mohamed Morsi von der Muslimbruderschaft und Ahmed Shafiq, ein Faktotum des alten Regimes (und der derzeitigen Militärregierung).
Ощущение «все возможно», возникшее во время восстания на площади Тахрир, постепенно рассеялось, и теперь два кандидата, против которых ожесточенно выступали протестующие, Мохамед Морси, представитель движения «Братья-мусульмане» и Ахмед Шафик, который занимал различные посты при старом режиме (а также в находящемся у власти в настоящее время военном правительстве), приготовились к встрече лицом к лицу во втором туре выборов.