Trotzdem wäre es ein großer Verlust – der weit über die Welt des Fußballs hinausreichen würde –, wenn Zidanes schändlicher Abgang als Spieler sein Vermächtnis als Mensch bestimmen würde.
Тем не менее, будет большой потерей, и далеко не только для футбола, если позорный уход Зидана как игрока станет определяющим в восприятии его как человека.