Einzelne Episoden, während derer „Bücher verbrannt und Intellektuelle lebendig begraben“ worden waren, hatte es schon früher gegeben, aber keine war derart radikal gewesen wie diese von Mao freigesetzte destruktive Kraft.
Случаи «сжигания книг и закапывания представителей интеллигенции в землю заживо» имели место и до этого, но ничто не было более радикальным, чем разрушительная сила, высвобожденная Мао.