Stunden vor seiner Erhängung durfte Benazir ihren Vater das letzte Mal sehen und schrieb in ihre Autobiografie: „Ich schwor ihm in seiner Todeszelle, dass ich seine Arbeit fortsetzen würde.“ Sie hielt im Wesentlichen Wort.
За несколько часов до его повешения Беназир разрешили увидеть своего отца в последний раз, и она написала в своей автобиографии: “Я поклялась ему в его камере смерти, что я продолжу его дело”.