Wie The Economist zur Rede Rumsfelds anmerkte: „Bis vor kurzem betrachtete er einen derartigen Fokus auf die Soft Power schlicht als, nun ja, lasch – als Teil des Appeasement des „alten Europa“ gegenüber dem Terrorismus.“
Как прокомментировал речь Рамсфелда журнал «Экономист», «до недавнего времени он открыто считал такой акцент на «мягкой силе» мягким подходом – частью попустительства терроризму со стороны «Старой Европы»».