Ebenso wie in ihrer Aussage zur Zerstörung der Sufi-Schreine leugnete sie die Beteiligung am Angriff auf die US-Botschaft, betonte aber die Schwere der Beleidigung des Propheten, durch die er vermeintlich ausgelöst wurde.
Как и в заявлении по поводу разрушения суфийских святынь, они отрицали причастность к нападению на консульство США, но подчеркнули серьезность оскорбления Пророка, что, предположительно, и вызвало нападение.