Was stimmt, ist, dass es den Israelis an einem kohärenten Kriegsplan fehlte, sodass sogar ihre zielgerichtetsten Bombardements brutal zerstörerisch abliefen (wenn auch mit dem Erfolg der Abschreckung wie Syriens Unbeweglichkeit zeigte).
Что действительно верно, так это то, что у Израиля не было последовательного военного плана, с тем, чтобы даже их самая целеустремленная бомбардировка не имела такой сильно разрушающей силы (хотя и с пользой от применения стратегической концепции устрашения, как показало отсутствие мобильности Сирии).