Eine weitere, weitaus glaubwürdigere Erklärung ist, dass eine „aktivere und stärkere Sicherheitspolitik“ innerhalb Europas sehr unterschiedlich interpretiert wird.
Другое, намного более вероятное объяснение заключается в том, что представления европейцев о «более активной и сильной политике в области безопасности» сильно различаются.