Sharons Wandel vom Bösewicht zum Helden innerhalb von nur wenigen Jahren ist für sein Volk, die Region und die Welt ein Faszinosum, umso mehr, als seine letztlichen Intentionen Gegenstand endloser Diskussionen bleiben werden – morgen unter Historikern, und heute unter jenen Politikern, die sich zu seinen getreuen Nachfolgern ausrufen.
Превращение Шарона из злодея в героя в течение всего нескольких лет вызывает восхищение среди его народа, в регионе и во всем мире еще и потому, что его конечные намерения останутся предметом нескончаемого спора среди историков завтра и среди политиков, претендующих на то, что являются его верными наследниками, сегодня.