Nun stellt sich die Frage, ob diese Entschlossenheit auch einen so überraschenden Durchbruch zum Frieden bringen kann wie Sadats wiedergewonnenes Selbstbewusstsein im Jahr 1973.
Вопрос сейчас заключается в том, сможет ли эта решительность принести такой же неожиданный прогресс в мирном урегулировании конфликта, как и новообретенный престиж Садата в 1973 году.