Trotzdem empfinden die Ostmitteleuropäer, die noch immer dabei sind, sich von dem durch die Dämonen der europäischen Geschichte verursachten Unheil zu erholen, die Intensität der nationalen Egoismen ihrer westlichen Gegenüber ein wenig beängstigend.
Все-таки жители Восточной и Центральной Европы, которые все еще приходят в себя от ужасных политических катастроф, вызванных историческими европейскими демонами, находят силу национального эгоизма своих западноевропейских соратников несколько устрашающей.