Sein Liebesleben wird nicht als höchst menschliche, romantische Angelegenheit und als Zeichen jugendlicher Energie betrachtet, sondern als ein möglicherweise fataler Zeitvertreib und ultimative Bestätigung seiner „Unreife“.
Его любовная жизнь не рассматривается с человеческой точки зрения, как романтическая связь и признак юной энергии, а как возможное фатальное отвлечение внимания, окончательное доказательство его «незрелости».