In einer an Churchill erinnernden Prosa und fast mit dem Tonfall eines Shakespeare trug er in wohlklingenden Sätze mit volltönender Stimme Jahrzehnte lang seine Botschaft voll Hoffnung und Vertrauen in die Menschheit den Menschen vor, die nach dem Horror des Zweiten Weltkriegs alle Hoffnung hätten verlieren können.
Владея слогом, похожим на слог Черчилля, и почти шекспировским ритмом, он в своих сладкозвучных речах своим зычным голосом на протяжении десятилетий нес послание надежды от народа, который мог потерять всю надежду и веру в человечность после ужасов второй мировой войны.