Wenn ich nach 40 Jahren an diese Ereignisse zurückdenke, sehe ich nicht nur eine Revolte, sondern auch die große Illusion, es sei möglich, den Kreml zu überlisten und die Gesellschaft ohne Schmerzen aus dem Kommunismus in die Demokratie zu führen.
Когда, спустя 40 лет, я вспоминаю эти события, я вижу не только восстание, но великую иллюзию того, что Кремль возможно перехитрить и безболезненно привести общество к демократическому строю от коммунистического.