Was genau tun wir, wenn wir darauf bestehen, dass die Türkei als Bedingung für ihre Mitgliedschaft in der Europäischen Union anerkennen muss, dass der Völkermord an den Armeniern stattgefunden hat?
Что именно мы делаем, когда настаиваем, чтобы Турция в качестве условия для вступления в Евросоюз признала, что геноцид в отношении армян действительно имел место?