Seine endlosen Ausführungen zu Israels strategischen Bedingungen, Sicherheitserfordernissen, roten Linien und zur jüdischen Geschichte werden nur durch versöhnliche Bemerkungen über die Wiederaufnahme von Verhandlungen unterbrochen, die dann sofort von den Palästinensern abgelehnt werden, die genau wie er Angst davor haben, Schwäche zu zeigen.
Его неустанные рассуждения о стратегической обстановке в Израиле, требованиях безопасности, красных линиях и еврейской истории компенсируются только примирительными заявлениями о возобновлении переговоров, от которых, однако, немедленно отказываются палестинцы, которые, как и он, боятся показать слабость.