Für einige Europäer – die noch immer nervös sind, dass ihre Volkswirtschaften und Bankensysteme zusammenbrechen könnten – ist dies ein bisschen, als frage man die Reisenden an Bord der Titanic, was sie bei ihrer Ankunft in New York zu tun dächten.
Для некоторых европейцев, всё ещё опасающихся краха экономик и банковских систем своих стран, данный вопрос звучит настолько же странно, как для пассажира Титаника вопрос о том, что он планирует делать по прибытии в Нью-Йорк.