Viele haben genug gelesen und gesehen, um tiefe Scham darüber zu empfinden, dass sie einer Nation angehören, die voll Selbstgerechtigkeit in einen Krieg zog und am Ende die gleichen oder noch schlimmere Menschenrechtsverletzungen beging als der „Schurkenstaat", den die Amerikaner als ihren Feind betrachtet hatten.
Многие читали и видели достаточно, чтобы чувствовать острый стыд из-за того, что они являются частью нации, которая могла начать войну с благочестивыми идеями, а закончить ее, повторяя, если не усугубляя, жестокое обращение "государства мерзавцев", как американцы называли своего врага.