Die Mächtigen sahen nicht mehr länger untätig zu, während Schlächter wie Slobodan Milosevic oder Foday Sankoh ihre eigenen Leute abschlachteten.
Больше не будет могущественного «нет», в то время как мясники вроде Слободана Милошевича или Фодея Санкоха вырезают своих собственных людей.