Wäre die Zusage des Präsidenten der Europäischen Zentralbank Mario Draghi vom Sommer 2012, „alles Erforderliche“ zu tun, um den Euro zu retten, auch nur annähernd so wirksam gewesen, wenn die Anleger Deutschlands grundlegende Finanzstärke und Entschlossenheit bezweifelt hätten?
Было бы обещание президента Европейского центрального банка Марио Драги сделать «все, что потребуется», которое он дал летом 2012 года, таким же эффективным, если бы инвесторы сомневались в лежащей в основе этого заявления силе и потенциале Германии?