Die Privatunternehmer fühlten sich sicher, nicht weil der Staat davon abgehalten wurde, sie zu enteignen, sondern weil er, da er am Gewinn beteiligt war, kein Interesse daran hatte, sie zu enteignen.
Частные предприниматели чувствуют себя в безопасности не потому, что правительству не позволяют их экспроприировать, а потому, что, разделяя с ними прибыли, правительство не заинтересовано в их экспроприации.