Obwohl dieser klar Japans Wunsch, den europäischen Konflikt zu nutzen und in den europäischen Kolonien in Südostasien Fuß zu fassen, erkennen lässt, ging aus dem Plan nicht eindeutig hervor, wer nun Japans wahrer Feind war.
Хотя этот план ясно свидетельствовал о стремлении Японии воспользоваться конфликтом в Европе для того, чтобы утвердиться в европейских колониях в Южно-Восточной Азии, однако какие именно страны являлись истинными врагами Японии, оставалось неясным.