Zur Zeit des Ersten Weltkriegs war Japan jedoch von seinem Eifer geblendet, kleine, aber für das Land unmittelbare Vorteile zu schützen, und wusste den Wert tatsächlicher „nationaler Sicherheitsinteressen" nicht mehr zu schätzen.
В течение Первой Мировой Войны, с другой стороны, Япония была ослеплена своим рвением защитить маленькие, но непосредственные выгоды, и была не в состоянии оценить, что было настоящим "вопросом национальной важности".