Und doch ist etwas merkwürdig an der europäischen Besessenheit in Bezug auf einen schwarzen US-Politiker, wo wir doch alle wissen, dass ein schwarzer Präsident oder Ministerpräsident (schon gar einer, dessen zweiter Vorname Hussein ist) in Europa noch immer undenkbar ist.
И, всё же, есть что-то странное в европейской мании по чернокожему американскому политику, хотя все мы знаем, что чернокожий президент или премьер-министр в Европе (тем более, если его второе имя – Хуссейн) – это до сих пор что-то невообразимое.