Werden die europäischen Länder versuchen, so zu tun, als wären Ahmadinedschads militante Rhetorik und Provokationen egal und als könnte eine diplomatische Lösung für die atomaren Ambitionen des Iran gefunden werden?
Постараются ли европейские страны сделать вид, что воинственная риторика и провокации Ахмадинежада не имеют значения и что можно найти дипломатическое решение ядерной амбиции Ирана?