Der vielerorts verhöhnte Banken-„Stresstest” von Finanzminister Timothy Geithner hatte allerdings durchaus seinen Sinn (obwohl man argumentieren könnte, dass keine ausreichend pessimistischen Szenarien durchgespielt wurden oder dass man mit den Banken zu viel verhandelte, usw.).
Однако многими высмеянные банковские «стресс-тесты» министра финансов Тимоти Гейтнера имели смысл (хотя, безусловно, можно утверждать, что наиболее страшные сценарии в них вообще не были включены, или, что о слишком многих вещах с банками договорились, и т.д.).