Nicht ohne Ironie nehmen wir eine Art grotesker Umkehr jenes „Nationalstolzes“ wahr, den wir erlebten, als uns vom Staat vereinnahmte Stars aus Kultur und Sport als Teil des kollektiven Nationalerbes präsentiert wurden.
Мы встретились, без всякой иронии, с гротескно перевернутым чувством «национальной гордости», которое проявляется, когда звезды культуры и спорта ассоциируются с государством, как часть коллективного наследия.