Im Visier der Kanonen jedoch konnte keiner – nicht einmal jene tapferen Männer und Frauen, die zu Hunderttausenden im Schnee vor dem ukrainischen Parlament kampierten – mit Sicherheit sagen, ob diese Veränderungen die Ukrainer den Klauen von Furcht und Apathie entwunden hatten.
И, тем не менее, когда пришло время сделать выбор, никто – ни даже сотни тысяч храбрых мужчин и женщин, стоявших на снегу перед украинским парламентом, – не мог сказать с уверенностью, смогут ли эти изменения вырвать украинцев из тисков страха и апатии.