Anders als Chirac ist er sich bewusst, dass es kontraproduktiv und unrealistisch ist, Länder wie Bulgarien oder Rumänien aufzufordern, sich zwischen ihren Loyalitäten gegenüber Europa und Amerika zu entscheiden.
В отличие от Ширака он понимает, что просить такие страны как Болгария и Румыния сделать выбор между Европой и Америкой было бы нереалистичным и привело бы к обратным результатам.