There are clear parallels between that situation and the way in which the common law has offered little redress to patients who have tried to claim property rights in tissue taken from them, or to activists seeking to limit the powers of Big Biotech over human genetic patents.
Можно провести четкие параллели между этой ситуацией и тем, как общее право оставило мало возможностей получить компенсацию тем пациентам, которые попытались заявить права на собственность на взятые у них ткани, или активистам, которые стремятся ограничить патентные права «Великой Биотехнологии» на геном человека.