Saif cultivated a reputation for being a “reformer”: he called for a national-reconciliation process with opposition groups, supposedly liberalized the media, supported charity and development initiatives, and most importantly, became a face that the West could talk to.
Саиф культивировал репутацию «реформатора»: он призывал к процессу национального примирения с оппозиционными группами, якобы способствовал либерализации СМИ, поддерживал благотворительность и инициативы и, что более важно, он стал лицом, с которым мог говорить Запад.