When a country’s president delivers crazy speeches, denies the Holocaust, and does not hide his ambition to control the Middle East, who can guarantee that the threat is not serious?
Когда президент страны произносит сумасшедшие речи, отрицает Холокост и не скрывает своего стремления руководить на Ближнем Востоке, кто может гарантировать, что угроза не является серьезной?