An atmosphere of mortal fear, mutual suspicion, and hatred among the Communist elite was the catalyst for Nikita Khrushchev’s post-Stalin thaw.
Атмосфера смертельного страха, взаимной подозрительности и ненависти среди коммунистической элиты стали катализатором для постсталинской оттепели Никиты Хрущева.