Instead, there is the temptation to regard Osama bin Laden as a type of violent Robin Hood, whose actions, while impossible to condone officially, have helped them to recover a sense of Arab pride and dignity.
Наоборот, существует соблазн видеть в Усаме бен Ладене своего рода неистового Робин Гуда, действия которого, хоть их и нельзя открыто одобрить, помогли им восстановить чувство арабской гордости и достоинства.