Third, the allure of rejoining Europe after years of isolation, together with the European Union’s commitment to enlargement, provided a gravitational pull – and a legislative template – that helped policymakers justify and implement difficult reforms.
В-третьих, стремление воссоединиться с Европой после стольких лет изоляции, совпавшее с политикой расширения Евросоюза, создало то гравитационное поле (и основу для законотворчества), которое помогло политикам оправдать и провести трудные реформы.