And, despite “moral hazard,” about which we now hear so much and which everyone agrees was greatest in respect to nuclear-armed Russia, the West did let Russia default in 1998.
И не смотря на «моральный риск», о котором теперь так часто слышно, и по поводу которого все согласны, что он был наивысшим в отношении вооруженной ядерным оружием России, Запад дал свершиться российскому дефолту в 1998 году.