The fact that an Iranian reaction to a military attack might be ferocious does not mean that Iran’s government should be allowed to do whatever it deems appropriate.
Тот факт, что реакция Ирана на военное нападение может оказаться достаточно жестокой, не означает того, что правительству Ирана можно позволить делать все, что ему заблагорассудится.