On that spot, that Golgotha of modern times, he called the Poles, who remembered dear ones gassed to death in Auschwitz's crematoria as well as those frozen into glass in Siberia's concentration camps, to a brotherhood devoted to struggle against even justified hatred and revenge.
На том месте, на той Голгофе современности он призвал поляков, помнивших о тех, кто был отравлен газом в крематориях Аушвитца и заморожен в концлагерях Сибири, к братству и борьбе с даже обоснованными ненавистью и местью.