Yet, caught in the sights of a gun barrel, nobody – not even the brave men and women who camped in their hundreds of thousands in the snow before Ukraine’s parliament – knew with certainty whether those changes had wrenched Ukrainians from the grip of fear and apathy.
И, тем не менее, когда пришло время сделать выбор, никто – ни даже сотни тысяч храбрых мужчин и женщин, стоявших на снегу перед украинским парламентом, – не мог сказать с уверенностью, смогут ли эти изменения вырвать украинцев из тисков страха и апатии.