For I believed that the sphere of liberty offered at the Roundtable negotiations would have to coexist for a long time with "their" sphere – i.e. the sphere of Communism.
Поскольку я верил, что территория свободы, предложенная на переговорах за круглым столом, еще долгое время должна будет сосуществовать с «их» территорией – с территорией коммунизма.