With hard times approaching, will Cristina try to be a twenty-first-century Evita and create an epic by exploiting Argentines’ flamboyant tendencies, armed with an exceptional power or will she adopt Rouseff’s sensible attitude and combat inefficiency and corruption while strengthening governmental institutions?
Трудные времена приближаются. Станет ли Кристина Эвитой двадцать первого века, создаст ли она эпическую поэму, используя яркие устремления Аргентины, вооруженная исключительной властью, или она примет разумное отношение Русеф и будет сражаться с неэффективностью и коррупцией, при этом укрепляя гражданские учреждения?