Forced to reckon with your own vulnerability, isolation, and losses (and seemingly lost cause), you learn to look more carefully into the human heart – yours and that of your jailers.
Вынужденные считаться с собственной уязвимостью, изоляцией и потерями (и, казалось бы, безнадежным делом), вы учитесь тщательнее вглядываться в человеческое сердце – ваше и ваших тюремщиков.