For many years, the affected countries sought a comprehensive and unequivocal apology; as Australia’s foreign minister from the late 1980’s, I pushed hard for it in Tokyo, as a form of closure that was morally right and in Japan’s own interests.
На протяжении многих лет пострадавшие страны стремились добиться всеобъемлющих и недвусмысленных извинений; будучи министром иностранных дел Австралии, я с 1980-х годов добивался этого от Токио как некой формы катарсиса, который был бы справедлив с точки зрения морали, а так же выгоден Японии.