After 1989 Poles (as happened in other postcommunist countries) gained freedom but lost their national identity, which had been constructed on the revulsion they felt towards their oppressors.
После 1989 года поляки (как это случилось и в других посткоммунистических странах) приобрели свободу, но потеряли свою национальную самобытность, которая строилась на отвращении, испытываемом ими к своим угнетателям.