By contrast, in Poland, which had witnessed its own tentative opening in the March student movement, a nationalist-authoritarian faction exploited all that was intolerant and ignorant in Polish tradition, employing xenophobia and anti-intellectual rhetoric.
В Польше же, которая была очевидцем начала мартовского студенческого движения, националистические авторитарные фракции использовали в своих интересах всю нетерпимость и безграмотность по отношению к польским традициям, сея ксенофобию и анти-интеллектуальные настроения.