Worse still, I discovered that the university and its lawyers used the sexual harassment “grievance procedure” as a screen to protect the institution, its harassers, and even its rapists, rather than as a means to investigate incidents of abuse.
Хуже того, я обнаружила, что университет и его юристы использовали «порядок рассмотрения жалоб» о сексуальных домогательствах не как способ расследования случаев приставаний, а в качестве ширмы для защиты данного учреждения, тех, кто замечен в сексуальных домогательствах, и даже его насильников.