This is why the opposition between so-called “realists” and “idealists” in foreign policy, and between proponents of “hard” and “soft” power, is proving to be a thing of the past.
Вот почему противостояние между так называемыми &quot;реалистами&quot; и &quot;идеалистами&quot; в области внешней политики, а также между сторонниками &quot;жесткой&quot; и &quot;мягкой&quot; силы является делом прошлого.