What has changed is Britain’s domestic politics: a prime minister too weak to control his roughly 100 anti-European backbenchers (call them the “High Tea Party”) in the House of Commons, and a Conservative establishment wary of the UK Independence Party’s rise, which could cost the Tories enough votes on the right to give Labour an electoral advantage.
Что действительно изменилось, так это британская внутренняя политика: премьер-министр слишком слаб, чтобы контролировать приблизительно сотню анти-европейских членов палаты общин (назовем их партией «большого чаепития»), а консервативный истеблишмент опасается роста Партии независимости Великобритании, которая может стоить тори достаточно голосов с правого крыла, чтобы дать лейбористам преимущество на выборах.