The huge loss of life in Afghanistan (equal to the United States’ losses in Vietnam, but in a far shorter period of time) already suggested to many that the Kremlin was becoming a danger to itself; the attack on a civilian airliner seemed to confirm that emerging view.
Огромные потери человеческих жизней в Афганистане (равно потерям Соединенных Штатов во Вьетнаме, но за гораздо меньший период времени) стали намеком для многих, что Кремль становился опасным сам для себя; нападение на гражданский авиалайнер, казалось, подтверждало эти зарождающиеся взгляды.