When Leon Rozenblit and I uncovered the illusion and its specificity, we ran an extensive series of studies exploring why explanatory understanding is so vulnerable to a false sense of knowing.
Когда Леон Розенблит и я обнаружили эту иллюзию и ее специфику, мы провели серию исследований, стараясь выяснить, почему понимание и способность объяснить являются столь уязвимыми к ложному чувству знания.