They therefore see its rule over them as illegitimate, which is precisely the point: the logic of popular sovereignty requires an idea of collective agency based on a sense of individual belonging that is much stronger than in our lecture audience.
Поэтому они считают их господство над собой незаконным, в чем в точности состоит суть дела: логике народного суверенитета необходима идея коллективной организации, основанной на чувстве личной принадлежности, которое намного сильнее, чем у нашей аудитории на лекции.