Moreover, in a society that “lives to work,” where one’s job is such a central component of one’s identity, the loss of work is more destabilizing than in a culture where one “works to live,” as in Europe.
Кроме того, в обществе, которое «живет, чтобы работать», работа является для человека настолько определяющим компонентом его идентичности, что ее потеря дестабилизирует его сильнее, чем того же европейца, для культуры которого принято правило «работать, чтобы жить».