That possibility is difficult even to consider today, after Russia’s intervention in Ukraine and annexation of Crimea (apparently carried out in response to fears that Ukraine would deepen its ties with the European Union and NATO).
Об этом трудно даже подумать сегодня – после российской интервенции в Украину и аннексии Крыма (судя по всему, осуществленной из-за страха, что Украина может углубить свои связи с Евросоюзом и НАТО).