Turkey is thus emerging not as a regional mediator, equidistant from contending local players, but as an assertive, if not aggressive, regional power aiming for hegemony.
Таким образом, Турция выступает не в качестве регионального посредника, равноудаленного от соперничающих местных игроков, но как напористый, если не агрессивный, региональный властитель, стремящийся к гегемонии.