Most seriously, doubts persist about his commitment to democracy, with critics arguing he’s an old-style African “big man” ready to bully opponents and ravage the public coffers with his cronies.
Более серьезно то, что остаются сомнения относительно его приверженности к демократии. Критики говорят о его старомодном африканском стиле «большого человека», готового запугать своих оппонентов и опустошить общественные сундуки посредством своих близких друзей.