Will the army, whose monopoly of power is paradoxically legitimized by the massive demonstrations that toppled Mubarak, be willing to give up the enormous political and economic clout that it has amassed over decades?
Пожелает ли армия, чья монополия на власть парадоксальным образом получила легитимность во время массовых демонстраций, свергнувших режим Мубарака, отказаться от огромного политического и экономического влияния, которое она накопила на протяжении нескольких десятилетий?