Had he coupled this with a simple promise to “review our collection processes and priorities,” there might even have been no need to pledge explicitly, as the US now has, to end all monitoring of “the leaders of our close friends and allies.”
Если бы он добавил к этому простое обещание «пересмотреть наши процессы и приоритеты сбора информации», возможно, и не потребовалось бы клятвенно обещать, как это делает США, полностью прекратить отслеживание «лидеров наших близких друзей и союзников».