Moral emotions, notably empathy, can accomplish what no bloodless ratiocination can: they make us feel – and thus want to account for – the experience of others.
Моральные эмоции, в частности эмпатия, могут сделать то, что бескровное умозаключение не сможет: они заставляют нас чувствовать - и, таким образом, хотеть нести ответственность за - опыт других людей.