When the G-7 morphed into the G-20 in early 2009, many were understandably worried that, with such a diverse range of participants, coming from such different traditions, it would be difficult to achieve consensus on regulatory matters in the Basel Committee and elsewhere.
Когда в начале 2009 г. «большая семёрка» превратилась в «большую двадцатку», многие были справедливо обеспокоены тем, что с составом таких разных участников, обладающих такими разными традициями, будет трудно достигать согласия по вопросам регулирования экономики в Базельском комитете и в других органах.