Last spring’s campaign against anyone who dared to worry about the long-run effects of high debt largely ignored the substantial academic literature, just as a remarkably similar recent challenge to Thomas Piketty’s research on inequality took no account of a larger body of evidence.
Прошлой весной, кампания против тех, кто посмел побеспокоиться о долгосрочных последствиях высокой задолженности в значительной степени игнорировала существенную научную экономическую литературу, так же, как и удивительно похожий недавний вызов исследованиям Томаса Пикетти о неравенстве не учитывал большой объем существующих доказательств.