Fifteen years ago in my book The End of History and the Last Man I argued that, if a society wanted to be modern, there was no alternative to a market economy and a democratic political system.
Пятнадцать лет назад в своей книге «Конец истории и последний человек» я высказал мнение о том, что если общество хочет идти в ногу со временем, то не существует альтернативы рыночной экономике и демократической политической системе.