And I can admire his unyielding – and, yes, sometimes wily – commitment to reconciliation, which saved his country from the race war that those who refused to accept the end of white-minority rule saw as inevitable.
И я могу восхищаться его непреклонным – и, да, иногда хитрым – стремлением к примирению, которое спасло его страну от расовой войны, которую те, кто отказывался принять конец правления белого меньшинства, считали неизбежной.