But by August, Allied forces broke through German lines, and a stunned Ludendorff, fearing a sudden collapse of his army, demanded that the newly constituted civilian government send an immediate request for an armistice.
Но к августу силы союзников прорвались через немецкие оборонительные рубежи, и ошеломленный Людендорфф, боясь внезапного краха своей армии, потребовал, чтобы недавно сформированное гражданское правительство немедленно отправило предложение о перемирии.