All of them are strong supporters of Bush’s bellicose foreign policy, and all would campaign on the premise that “fear” has a greater emotional hold on the American electorate than “hope.” They may well be right.
Все они являются ярыми сторонниками воинственной внешней политики Буша, и все они построят свои кампании на основе суждения о том, что «страх» в эмоциональном плане гораздо сильнее действует на американский электорат, чем «надежда». Очень может быть, что они совершенно правы.