This, in fact, is also the legal position of those who ratified the Geneva Conventions: “No exceptional circumstances whatsoever, whether a state of war or a threat of war, internal political instability or any other public emergency, may be invoked as a justification of torture.”
В этом как раз и заключается юридическая точка зрения тех, кто одобрил Женевскую конвенцию: «Никакие чрезвычайные обстоятельства, в том числе состояние войны, внутренняя политическая нестабильность или любая другая общественная угроза, не могут являться средством оправдания пыток».