Will Europe rise to the occasion and seize the opportunity created by America’s daring and exhilarating choice to prove to itself and to the world that the old continent can exist as a power and a united actor?
Окажется ли Европа на высоте, и воспользуется ли она возможностью, предоставленной смелым и волнующий выбором Америки, чтобы доказать себе и всему миру, что старый континент может существовать как держава и единый субъект?