We, especially white South Africans, have tended to be dismissive of our Truth and Reconciliation Commission, which allowed those who had committed great crimes under apartheid to confess their acts openly and thus avoid prosecution.
Мы, особенно белые южноафриканцы, не относились серьезно к нашей Комиссии Правды и Примирения, которая позволила тем, кто совершил большие преступления во время апартеида, открыто признать свои действия и, таким образом, избежать судебного преследования.