Their silence on Iraq reflected their apprehension about unwanted alternatives: either support the US plan and risk encouraging Kurdish moves toward an independent state, or oppose the Americans and jeopardize a critical strategic relationship.
Их молчание в Иракском вопросе отразило их предчувствие нежелательного выбора: или поддержить план США и способствовать продвижению курдов к независимому государству, или выступить против американцев и подвергнуть опасности критические стратегические отношения.