For me, however, legalization of Solidarity was fundamental; I firmly believed that the sphere of freedom that we could wrest from the government would be real only if it was protected not by small groups, but by a powerful social movement.
Однако для меня легализация Солидарности была фундаментально важной; я твердо верил, что территория свободы, которую мы отвоюем у правительства, только тогда станет реальной, когда она будет защищена не малыми группами людей, а мощным общественным движением.