In August 2007, some German banks, at the earliest signs of difficulty because of their exposure to US sub-prime mortgages, started to talk only of 1931.
В августе 2007 года некоторые немецкие банки при первых признаках трудностей в связи с кризисом ипотечных кредитов повышенного риска в США, начали говорить исключительно о 1931 годе.