But even in such a science-fiction scenario, we are left with a serious political problem: on what moral terms can we base desirable and undesirable beliefs and behaviors?
Но даже при таком научно-фантастическом сценарии у нас остается серьезная политическая проблема: на каких нормах морали можно основывать желательные и нежелательные убеждения и поведение?