Yet today’s heady talk of freedom cannot obscure the reality that the people’s “revolution” has so far led only to a direct military takeover, with the decades-old emergency law still in force and the country’s political direction uncertain.
Нынешние горячие споры о свободе не могут затмить той реальности, что народная «революция» в этой стране в итоге закончилась приходом к власти военных, которые затем на десятилетия ввели режим чрезвычайного положения, который продолжает существовать и сейчас, и до сих пор не ясно, какой путь политического развития будет выбран.