When the end of ideology was celebrated – first in the 1950’s and then, more emphatically still, in the 1990’s – no one foresaw that religion, the bane of politics in the first half of the twentieth century, would return to that role with a vengeance.
Когда праздновали конец идеологии (сначала в 1950-х годах, а затем еще более активно в 1990-х), никто не мог предвидеть, что религия – этот бич политики в первой половине 20-го века – полностью восстановится в этой роли.