Lafontaine's brief and turbulent bid for mastery in Germany, and his spectacular crash, opened a rare opportunity to see how the country's domestic interests are really aligned; what can happen and what must not take place.
Краткая и бурная претензия Лафонтена на власть в Германии и его эффектный провал предоставили редкую возможность увидеть, как в действительности расставлены внутренние интересы страны; что может случиться и что не должно произойти.