The brutal repression of Chechnya, violent Islamic extremism, an American cult of violence, immigrants’ dashed dreams, and plenty of other factors still to be uncovered create a complex pattern of risk that is difficult to unravel and even harder to minimize.
Жесткое подавление Чечни, жестокость исламистского экстремизма, американский культ жестокости и разрушенные мечты иммигрантов, а также большое количество других, до сих пор не раскрытых факторов создали сложную модель риска, которую тяжело разгадать и еще труднее минимизировать.