That raises an obvious question: When regimes in the region collaborate with terrorist groups, how can intelligence cooperation with them, let alone a coalition to fight Islamic extremism, be credible?
Тут возникает очевидный вопрос: если режимы региона сотрудничают с террористическими группировками, насколько доверительным может быть сотрудничество с ними спецслужб, не говоря уже о коалиции для борьбы с исламским экстремизмом?