The answer: it will live and spread throughout the world, becoming as pervasive as the welfare state and big government became in the 1930s.
Вот мой ответ: она будет жить и распростроняться по всему миру, становясь столь же вездесущей и всепроникающей, как государства всеобщего благосостояния и большие правительства в 1930х годах.