That crossroads exposed a deep cleavage between the young, self-confident Israeli-born generals, who were spiteful of the older generation’s “submissive” attitude, and the Diaspora-born politicians who, haunted by Holocaust memories and existentially fearful of international isolation, resisted making a break with the old politics of diplomatic Zionism.
Это перепутье создало серьезное расслоение между молодыми и уверенными генералами, родившимися в Израиле и с презрением относившимися к «покорному» отношению старшего поколения, и рожденными в диаспорах политиками, которых преследовали воспоминания о Холокосте и экзистенциальный страх международной изоляции и которые противостояли стремлению прервать старую политику дипломатического сионизма.