We might even have allowed these countries a certain measure of schadenfreude in the troubles of the United States and other rich countries, just as we might expect kids to take perverse delight from their parents’ getting into the kinds of trouble they so adamantly warn their children against.
Мы могли бы даже простить этим странам определенную степень злорадства в отношении проблем США и других богатых стран, как можно ожидать извращенную радость у детей, когда их родители попадают в те же проблемы, о которых они так категорично предостерегали своих детей.