And European weakness, not to mention the “treason” of its liberal scribes, paving the way to an Islamist conquest of Europe (“Eurabia”) is seen as a ghastly echo of the appeasement of the Nazi threat.
И в слабости европейских стран, не говоря уже о «предательстве» их либеральных принципов, прокладывающем путь для исламистского завоевания Европы («Еврабии»), видят страшное эхо попустительства нацистской угрозе.