History had written a different role for us – sovereign, independent, detached from continental entanglements, and, if not an equal of America, then at least a senior, faithful adjutant.
История дала нам другую роль – суверенного, независимого, обособленного от проблем континентальной Европы государства и, если и не равного Америке, то, по крайней мере, старшего, преданного адъютанта.