If one makes a serious criminal accusation, one must wish to be treated – and one must treat oneself – as a moral adult.
Если кто-нибудь выдвигает серьезные уголовные обвинения, нужно, чтобы им хотелось, чтобы к ним относились ‑ и они относились к себе сами – как нравственно взрослым.