Before the protests began in Egypt and Tunisia, many people argued that there was no real urgency to political reform, and that those who were calling for change did not understand the public mood – things weren’t as bad as the dissidents made them out to be.
До начала протестных выступлений в Египте и Тунисе большое количество людей убежденно утверждали об отсутствии острой необходимости в строчном проведении политической реформы и о том, что те, кто призывал к переменам, не понимали общественного настроения, что обстоятельства не настолько плохи, какими их представляли несогласные.