And maybe there will be a realization on the Continent that European unification must move forward more quickly, because the world – and Europe’s neighborhood in particular – has turned out to be not as peaceful as many, above all the Germans, perceived it to be.
А возможно, придет понимание в континентальной Европе, что объединение Европы должно двигаться быстрее, поскольку мир – и границы Европы, в частности – оказался не столь мирным, как многие, и прежде всего немцы, его воспринимали.