Musharraf is now desperate to beg, steal, or borrow any political legitimacy he can get – including from the two civilian political leaders he exiled.
Сейчас Мушарраф готов просить, украсть или позаимствовать любую политическую легитимность, которую он сможет заполучить, включая помощь двух гражданских политических лидеров, сосланных им в ссылку.