While no state-run TV station had live current affairs programs ten years ago, now even stations from some of the most dictatorial regimes are forced to raise their level and allow live interviews.
В то время как десять лет назад ни одна государственная телекомпания не имела программ с прямыми репортажами, теперь даже станции из стран с самыми диктаторскими режимами вынуждены поднимать свой уровень и разрешать интервью в прямом эфире.