There simply was not enough hard evidence of Syrian President Bashar al-Assad’s use of chemical weapons, at least before the Ghouta massacre in August, to pressure Russia – either in the United Nations Security Council or the court of global opinion – to reconsider its reflex support of the regime.
Попросту не существовало достаточно веских доказательств использования химического оружия президентом Сирии Башаром аль-Асадом, по крайней мере до резни в Гуте в августе, чтобы оказать давление на Россию ‑ как и на Совет Безопасности Организации Объединенных Наций или мнение мирового сообщества ‑ и заставить их пересмотреть их рефлекторную поддержку режима.