Following Schauble’s remarkable acknowledgment (made publicly only after utter catastrophe had struck), Merkel herself opined that perhaps certain kinds of relief (such as cuts in interest rates, rather than in the debt’s face value) could do the job in a way that would be consistent with EU rules.
Вслед за ярким признанием Шойбле (публично сделанным лишь после того, как разразилась настоящая катастрофа), уже и Меркель высказала мнение, что, возможно, некоторые варианты сокращения долга (например, снижение процентных ставок, но не номинальной стоимости долга) могли бы помочь делу при условии соблюдения правил ЕС.