But in the last seven years, since central banks in developed countries pushed down their base rates almost to zero, we have seen a First-World version of financial repression.
Однако последние семь лет – с тех пор как центральные банки развитых стран снизили свои учетные ставки почти до нуля – мы наблюдаем финансовые репрессии в странах первого мира.