In pursuing it, immigrants may also begin to free their longer-established fellow Europeans from their attachment to a fortress that, if taken to extremes, could well become a prison for all.
Преследуя эту цель, иммигранты также смогут начать освобождение коренных европейцев от привязанности к крепости, которая, доведенная до крайности, могла бы легко стать тюрьмой для всех.