Příchylnost k národnímu cítění dále podkopal zvyk vlád dávat nepopulární politická rozhodnutí za vinu byrokratům Evropské unie, na něž se čím dál silněji pohlíží jako na další okruh samolibých, privilegovaných elitářů bez jakékoli zodpovědnosti.
Приверженность национальным чувствам ещё больше подтачивалась привычкой правительств сваливать ответственность за неуспешную политику на бюрократов Европейского Союза, которые всё больше рассматривались как очередная кучка самодовольных, привилегированных и ненадёжных представителей политической верхушки.