Proč například v kauze, která je tolik závislá na veřejném mínění – a na které tolik závisí –, musí Assange čelit obviněním, jež pro něj mohou mít vážné následky, zatímco osoby vznášející tato obvinění zůstávají v anonymitě?
Почему, например, в деле, которое настолько зависит от общественного мнения ‑ и от которого зависит так много – Ассанж должен отвечать на обвинения, которые для него могут иметь серьезные последствия, в то время как его обвинители остаются скрытыми?