Jedna potíž spočívá v tom, že aniž bychom sklouzli k tautologii, nemůžeme zároveň říci, že Bůh je dobro a že nám dal smysl pro dobro a zlo.
Одна из них заключается в следующем: нас неизбежно обвинят в тавтологии, если мы станем одновременно утверждать, что бог олицетворяет собой добро и что он, в то же время, наделил нас чувством добра и зла.