Jde o odraz obav z muslimské kultury a velkého počtu obyvatel Turecka, ale také pocitu, že jakékoliv další rozšíření pouze rozředí evropský projekt.
Они были продиктованы озабоченностью по поводу мусульманской культуры Турции и ее большого населения, а также тревогой о том, что любое дальнейшее расширение приведет к чрезмерному размыванию границ «европейского проекта».