Dnes se zdá, že příslib členství v EU byl jako nástroj prosazování reforem účinnější než členství samotné: uchazečství poskytovalo EU oproti členství mnohem silnější politické páky.
Фактически, обещание членства в ЕС теперь кажется гораздо более эффективным средством продвижения реформ, чем само членство: стремление в отличие от членства предоставило ЕС намного больше политического влияния.