Přestože tento plán dával jasně najevo japonskou touhu využít evropského konfliktu a získat si opěrný bod v evropských koloniích v jihovýchodní Asii, nebyl vůbec jasný v tom, kdo představuje skutečného nepřítele Japonska.
Хотя этот план ясно свидетельствовал о стремлении Японии воспользоваться конфликтом в Европе для того, чтобы утвердиться в европейских колониях в Южно-Восточной Азии, однако какие именно страны являлись истинными врагами Японии, оставалось неясным.