Dvě světové války vedly k tak děsivému krveprolití, že jsme si imperativ „již nikdy" vysvětlili jako „blahobyt doma a nezasahovat za hranicemi".
Две мировых войны привели к такому катастрофическому истреблению людей, что "больше никогда" было истолковано как "благополучие дома, невмешательство в зарубежные дела".