Evropské společnosti, snad proto, že jsou starší a cyničtější, si zřejmě libují v „kolektivní mrzutosti“, z níž se ne a ne vymanit.
Вероятно, это происходит в связи с тем, что европейское общество старше и циничнее, его больше привлекает «коллективная необщительность», которая связана с вопросом его появления.