Zároveň by to však mohlo znamenat konec postavení Spojených států v centru světové finanční soustavy – a tím i konec jejich „přehnané výsady“.
Но это могло бы обозначать и конец нахождения Америки в центре мировой финансовой системы – и, таким образом, конец ее собственным “чрезмерным привилегиям”.