Tento projekt byl vnímán – a právem – jako faktická rezignace na suverenitu, protože zaváděl rigidní princip nerozlišování mezi zahraničními a místními firmami, který by zlikvidoval manévrovací prostor hostitelské země, aniž by za to cokoliv nabízel.
Проект заслуженно посчитали угрозой для независимости, т.к. он предполагал введение жёстко закреплённого принципа полного равенства иностранных и местных компаний, что для принимающей страны привело бы к уничтожению места для манёвра и не принесло бы ничего взамен.