Podobně jako Alexandr Solženicyn má i papež sklon věřit, že to byl především odpor vůči totalitě, díky čemu se mohl člověk skutečně osvobodit a uchránit základní hodnoty civilizace.
Как и Александр Солженицын, Папа верит в то, что, прежде всего, оказывая сопротивление тоталитаризму, человек смог действительно обрести свободу и сохранить главные ценности цивилизации.