Kandidáti nemají důvod upírat pozornost na témata typu napjaté transatlantické aliance, která do povědomí průměrného voliče proniknou jen zřídkakdy, pokud vůbec. Obamova neschopnost svolat jedinou politickou schůzi senátního podvýboru pro Evropu, jemuž předsedá (a který mimo jiné dohlíží na americké vztahy s NATO a EU), měla mezi voliči absolutně nulovou odezvu.
Отношения между США и Европой прошли абсолютно незамеченными в десятках президентских дебатов, проводившихся за последние полгода. И это не удивительно.  У кандидатов нет никакого желания уделять внимание теме, которая редко посещает умы среднестатистического избирателя: например, теме натянутых отношений в Атлантическом Союзе.  То, что Обама не провёл встречу по выработке единой политики Европейского подкомитета Сената, который он возглавляет (данный комитет курирует, помимо прочего, отношения США с НАТО и ЕС), не имело, в целом, абсолютно никакого резонанса среди избирателей.  Когда, всё же, данный вопрос встаёт, республиканские кандидаты кажутся скорее явно враждебными к Европе, чем «вежливо безразличными» к ней.  Их анти-европейские предубеждения (до конца, правда, не сформулированные) объясняются, помимо прочего, презрением к светскому мышлению, типичному для белых протестантов южных штатов, а также ошибочным утверждением, распространяемым некоторыми признанными интеллектуалами в сфере обороны от Республиканской партии, о том, что Европа не может сегодня дать безопасности Америки ничего или почти ничего.