Její raně poválečná demokracie však byla tak chaotická a plná masových demonstrací, radikálních odborových svazů a razantních levicových partají, že byl učiněn pokus vytěsnit politiku ze systému a zavést nudný stát jedné strany.
Ее ранняя послевоенная демократия была настолько необузданной, полной массовых демонстраций, воинственных профсоюзов и сильных левосторонних партий, что была даже предпринята преднамеренная попытка отделить политику от системы и ввести режим однопартийного государства.