Západní učenec se chová naprosto legitimně, i když posílá západní hodnoty na smrt: neexistuje žádný čínský nebo muslimský Nietzsche, který by tvrdil, že jeho vlastní bůh je mrtev.
Западный ученый сохраняет свою легитимность, даже отрекшись от западных ценностей. Так, например, не существует китайского или мусульманского Ницше, утверждавшего, что его собственный Бог мертв.