Nikdo, dokonce ani Maazel, nepředstírá, že jeden koncert slavného západního orchestru může svrhnout diktaturu, avšak ostražitost autoritářů vůči podvratné síle hudby se datuje až do dob Platónovy Republiky .
Никто, даже Маазель, не притворяется, что один концерт большого западного оркестра может сразить диктатуру, но осторожность сторонников авторитарной власти в связи с разрушительной силой музыки ведет свое начало от «Республики» Платона.