Vysoce postavený německý vyslanec se k ní přímo vyslovil, a to s poukazem jak na Palestince, tak na německé poválečné vyhnance. Politické důsledky ale viděl jasně: revansistické volání po návratu uprchlíků - v německém i v palestinském případě - je receptem na nestabilitu, ne-li válku.
Главный министр Германии четко упомянул о ней как в отношении палестинцев, так и немецких беженцев после 1945 г. Но для него политические последствия были ясны: реваншистский призыв к возвращению беженцев - и в немецком, и в палестинском случае - является фо��мулой нестабильности, если не формулой войны.