Obdobně platí, že uznat právo nenásilných islamistů na účast ve veřejném životě neznamená vzdát se v politickém a ideologickém úsilí o porážku ultrakonzervativních a v některých případech totalitních společenských koncepcí.
Подобным же образом, признание права исламистов, отказавшихся от применения насильственных методов, участвовать в общественной жизни не означает, что следует прекратить политическую и идеологическую борьбу за устранение ультраконсервативных, а иногда и тоталитарных, концепций, бытующих в обществе.