Bylo by nemoudré předpokládat, že francouzská a nizozemská „ne“ se netýkala nespokojenosti s unijní politikou; tento hněv však byl namířen proti francouzské a nizozemské vládě, ne proti Evropě samotné.
Было бы неблагоразумно предполагать, что те, кто сказали "нет" во Франции и Голландии, не были несогласны с политикой, проводимой Евросоюзом, и что их гнев был направлен исключительно против правительств Франции и Голландии, а не против самой единой Европы.