Proč si tedy ve světle nového všeobecného úzu studií o vedení, podle nichž se vstup do informační éry rovná vstupu do ženského světa, nevedou ženy lépe?
Так что, учитывая это новое, общепринятое среди тех, кто проводит исследования лидерства, мнение, что вступление в информационную эпоху означает вступление в женский мир, возникает вопрос, почему же женщины пока не добиваются большего участия?