Když máme na výběr mezi životy s takto odlišnými vyhlídkami – a můžeme se rozhodnout dřív, než zárodek nebo plod získá jakékoli vědomí –, neměli bychom mít možnost rozhodnout se pro dítě s lepšími vyhlídkami?
Когда у нас есть выбор жизни с такой разной жизненной перспективой – и мы можем сделать выбор до того, как эмбрион или плод имеет какое-либо осознание, – разве не должны мы выбрать ребенка с лучшими перспективами?