Odmítá Klausovu okleštěnou demokracii, a přestože (do jisté míry) podporuje Havlovu vizi, Havel už přestal být motorem fungující občanské společnosti.
Оно отвергает усеченную демократию Клауса, и, хотя оно в некоторой степени поддерживает видение Гавела, сам Гавел не является больше движущей силой, приводящей гражданское общество в действие.