A pak přišla bomba: navzdory konvenčnímu kemalistickému obrazu „jediného a nedělitelného tureckého národa“ poukázal Davutoglu na to, co od založení moderního Turecka každý ví: totiž že v zemi žije více Ázerbájdžánců než v Ázerbájdžánu, více lidí albánského původu než v Albánii, více lidí bosenského původu než v Bosně a více Kurdů než v iráckém Kurdistánu.
Потом разразился гром среди ясного неба: в отличие от обычной кемалистской позиции единой и неделимой турецкой нации, Давутоглу упомянул о том, что каждый знает со времен образования современной Турции: в стране больше азербайджанцев, чем в Азербайджане, больше людей албанского происхождения, чем живет в Албании, больше людей боснийского происхождения, чем живет в Боснии, и больше курдов, чем в иракском Курдистане.