Ale tady, v mé cele, se mé duše nedotýká a mou představivost nevzněcuje státník Mandela. „Můj“ Mandela je vězeň, Mandela na Robben Island, který za mřížemi přestál 27 let (z toho na skalnatém ostrově v jižním Atlantiku 18 let), a přesto se vrátil s nepoškozeným duchem, překypujícím vizí tolerantní Jižní Afriky, země osvobozené i pro strůjce apartheidu a poživatele jeho výhod.
Но здесь, в этом месте, не Мандела-государственный деятель трогает мою душу и разжигает мое воображение. «Мой» Мандела – заключенный, Мандела с острова Роббен, который прожил 27 лет за решеткой (18 из них на скале в Южной Атлантике) и все же остался с несломленным духом, полным надежд о толерантной Южной Африке, стране, освобожденной даже для архитекторов апартеида и тех, кто пользовался его благами.