Ve světě, kde děti dodnes umírají hlady, to zní jako politická fikce. Ale ještě před třiceti lety zněla jako vědecká fikce i reprogenetika.
И хотя в мире, где дети до сих пор умирают от голода, эта идея похожа на научную фантастику, идея репродуктивной генетики также звучала как научная фантастика всего тридцать лет назад.