Jevil se mi jako představitel skutečného podzemí, jako člověk, který se cítil zaskočen a podveden světem, jenž se vyvinul z Gorbačovovy glasnosti a perestrojky .
Этот человек, казалось, был представителем истинного подполья, одним из тех, кто чувствовал себя потрясенным и преданным тем миром, который вырос из горбачевской гласности и перестройки .