Když teď ale přesněji měříme ukazatele, jako je dětská úmrtnost, mohou lidé zřetelně vidět účinky pomoci – totiž že znamená rozdíl třeba mezi tím, jestli lidem zpřístupníme terapii proti HIV, anebo je necháme umřít.
Но теперь, когда мы измеряем показатели вроде детской смертности намного точнее, люди имеют возможность увидеть воздействие помощи на ситуацию более предметно – например, предоставить людям возможность лечиться от ВИЧ или умирать.