I kdyby však každá poprava zachránila jen jediný lidský život, stále by byl tento „obchod“ žádoucí v případě, že by byl zachráněný život kvalitnější než život odebraný, což by obvykle platilo.
Но даже если бы на каждую казнь приходилась только одна спасенная жизнь, такое соотношение все равно могло бы быть желательным, если спасенная жизнь гораздо лучше, чем жизнь отнятая, как оно обычно и бывает.