Vzhledem k této apatii je můj úkol v roli ruského ombudsmana - kterýžto úřad pověřila Státní duma (parlament) ochranou politických práv v Rusku - obtížný, ne-li přímo nemožný.
Такая апатия делает мою работу в качестве омбудсмена России, институт учрежденный Государственной Думой (парламентом) для разбора жалоб об ущемление политических прав в России, чрезвычайно трудной, если возможной вообще.