Zejména to platí o intervencích v občanských válkách, kde jednotlivé strany nelze snadno rozdělit na oběti a agresory, na dobro a zlo.
Это особенно верно, если говорить о вмешательстве во время гражданских войн, когда стороны нельзя легко разделить на жертвы и агрессоров, на добрых и злых.