Tyto nové národní vize ekonomiky v jednadvacátém století nejsou zahleděné do sebe, ale zároveň netvoří součást agresivních kampaní tažených xenofobním a rasovým nacionalismem – takový byl svět dvacátého století.
Эти новые национальные видения экономики в двадцать первом веке представляют собой не только перестроение внутри самих стран или начало агрессивных кампаний, направляемых ксенофобами либо националистами - как это было в мире двадцатого века.