Nenásilí totiž mohlo fungovat pouze proti odpůrcům zranitelným vůči ztrátě morální autority – tedy proti vládám vnímavým k domácímu a mezinárodnímu veřejnému mínění a tedy schopným cítit zahanbení a uznat porážku.
Действительно, принцип ненасильственного противостояния может работать только против оппонентов, уязвимых перед потерей морального авторитета ‑ то есть, против правительств, которые прислушиваются к внутреннему и международному общественному мнению и над которыми, таким образом, пристыдив, можно одержать победу.