Když jsem ale navštívila muslimské země a byla jsem v muslimských domácnostech pozvána k diskusi v ryze ženském prostředí, zjistila jsem, že přístup muslimů ke vzhledu žen a sexualitě nevychází z represe, ale ze silného smyslu pro rozdíl mezi veřejným a soukromým, pro to, co náleží Bohu a co náleží vlastnímu manželovi.
Но когда я путешествовала по мусульманским странам и была приглашена присоединиться к разговору между одними только женщинами в мусульманских домах, я узнала, что отношение мусульман к одежде женщин и их сексуальности основано не на репрессиях, а на глубокой дифференциации общественного и личного, различие между которыми определяют Бог и муж женщины.