Díky strategii, kterou papež pro katolickou církev zformuloval, a díky jeho schopnosti zmobilizovat pro tuto věc miliony věřících nemůže již nikdo zopakovat Stalinovu otázku: ,,Kolik divizí má papež?"
Стратегия, сформулированная Папой перед Католической Церковью, и его способность призывать под её знамёна миллионы верующих означала, что никто и никогда больше не повторит вопрос Сталина: "А сколько дивизий у Папы Римского?"