Hluboké a morálně pochopitelné pobouření a sdílené obavy (pociťované nejen v Americe) na druhé straně neumožňují z politického hlediska jinou než vojenskou reakci.
С другой стороны, глубокое и морально оправданное чувство ненависти и общее беспокойство (которое хорошо ощущается за пределами Америки) делает невозможным с политической точки зрения не ответить на это военными мерами.