Premisa, že jedině věrohodný úpadek zajistí významnou účast soukromého sektoru (tedy že soukromí držitelé dluhopisů pocítí skutečnou újmu), se jasně vyjeví, když porovnáme uruguayskou výměnu dluhu v roce 2003, která byla vůči trhům přátelská, s drakonickou argentinskou restrukturalizací z roku 2005.
Предположение, что только правдоподобный дефолт обеспечивает значительное участие частного сектора (то есть, когда частные держатели облигаций несут реальные убытки) очевидно, если сравнить благоприятный для рынка уругвайский обмен долга в 2003 году с драконовской реструктуризацией долга Аргентины в 2005 году.