Tento proces by totiž býval obnášel referenda – a tím i riziko, že by hlasování nemuselo dopadnout tak, jak si eurokraté přejí.
Этот процесс должен был проходить с организацией референдума – и, таким образом, существовал риск того, что голосование может пойти не тем путем, который необходим для еврократов.