Od krize už uběhlo sedm let, jak tedy vlády a voliči v Evropě a Severní Americe na tuto důležitou otázku odpověděli?
Сейчас, когда кризис отделяют от нас уже семь лет, каким оказался ответ правительств и избирателей в Европе и Северной Америке на этот важный вопрос?