Pomalý nástup dluhopisů dlouhověkosti nakonec reflektuje zásadní otázku: můžeme opravdu omezit dopady rizika délky života?
Медленный запуск «облигаций долгожительства» отражает фундаментальный вопрос: можем ли мы реально уменьшить риск долгожительства?