V&#160;jedenadvacátém století sice vojenská moc nebude státům přinášet tentýž prospěch jako ve století devatenáctém a dvacátém, zásadní složkou moci ve světové politice ale zůstane.
В двадцать первом столетии военная мощь не будет иметь ту степень полезности для государств, какую она имела в девятнадцатом и двадцатом столетии, но она все еще будет оставаться важным критическим элементом власти в мировой политике.