Mohl by začít tím, že všechny své domýšlivé demokratické protějšky upozorní, že je dnes v Rusku zřejmě populárnější než kdokoli z nich ve své vlasti.
Он мог бы начать с обращения внимания своих самодовольных демократических двойников на то, что он сегодня, вероятно, более популярен в России, чем любой из них в своей собственной стране.