Ve skutečnosti může jít o obzvlášť krutou formu nerovnosti, neboť ti, kdo neuspějí, nemohou namítat, že jim nepřálo štěstí ani že jejich růstu bránili ti, kdo byli u moci.
Фактически, она может быть особенно жестокой формой неравенства, поскольку те, кто не смог преуспеть, не могут утверждать, что им не повезло или что власть имущие не дают им пробиться наверх.