Paradoxem je, že Chameneí sice není fanouškem demokracie, ale spoléhá na fakt, že jeho úhlavní nepřátele svazují demokratická omezení.
По иронии судьбы, Хаменеи, не поклонник демократии, надеется на то, что его главные враги связаны демократическими ограничениями.