Summers tehdy sám sebe zřetelně považoval za měnověpolitickou holubici: „Byl bych pro, aby za měnovou politiku zodpovídal někdo s větší averzí vůči inflaci než já.“
В то время Саммерс четко расценивал себя в качестве «голубя» денежно-кредитной политики: «Я бы поддержал кого-нибудь, отвечающего за денежно-кредитную политику, кто был бы большим приверженцем инфляции, чем я».