Člověk si někdy klade otázku, zda namísto konce dějin nezažíváme spíše konec osvícených dějin či snad konec osvícenství samotného.
Иногда задаешься вопросом, неужели мы переживаем не так конец истории как конец просвещенной истории, возможно, самого просвещения.