Byl to Hammarskjold, kdo na vrcholu studené války jako první prohlásil, že nestranný veřejný zaměstnanec může být „politicky v celibátu“, aniž by byl „politicky panicem“.
Хаммаршельд был первый, кто в самый разгар холодной войны утверждал, что беспристрастный государственный служащий может быть «политически холостым», не будучи при этом «политически девственным».