Co se tedy stane, až ruské politické kruhy a samotný prezident zjistí, že „byrokratické autoritářství" není receptem na kýženou modernizaci po vzoru Jižní Koreje?
Так что же произойдёт, когда российские политические круги и сам президент обнаружат, что "бюрократический авторитаризм" не является рецептом модернизации а-ля Южная Корея, на что они так надеялись?