Odpověď na tuto otázku má nejen obrovské dopady na americkou měnovou politiku, ale rovněž svědčí o zmenšeném vlivu dnešní hospodářské situace v Evropě, a stejně tak i nové evropské jednotné měny.
Ответ на данный вопрос не только имеет важные последствия для американской монетарной политики, но также в каком-то смысле помогает понять сегодняшнюю экономическую ситуацию в Европе, равно как и осознать роль новой европейской единой валюты.