Mohou dále stát naše postkomunistické demokracie, zůstávají-li uvnitř rozdělené proti sobě, napůl bohaté – napůl bez špetky naděje?
Смогут ли выстоять наши пост-коммунистические демократии, есл�� они остануться разделенными, наполовину богатыми и наполовину безнадежными?