Mnozí akademici a učenci plísní regulátory a centrální bankéře za neschopnost pochopit zjevné půvaby takzvaného „úzkého bankovnictví“, určité restaurace oddělenosti komerčního a investičního/obchodního bankovnictví z éry platnosti Glassova-Steagallova zákona nebo dramaticky vyšších kapitálových požadavků.
Многие академики и ученые мужи бранили регулирующие органы и центральные банки за их неспособность понять очевидные преимущества так называемой «узкой банковской системы» – восстановления эры Гласса-Стиголла, т.е. периода разделения коммерческих и инвестиционно-торговых банков или значительно более высоких требований к капиталу.