Když se teď střetáme s�oním druhem zlomových rozhodnutí, jaká jsme nezažili od temných dní 30.�let 20.�století, dokážeme se takovému výsledku vyvarovat?
Поскольку мы столкнулись с таким видом переломных решений, которые не приходилось принимать с самых тяжелых дней 1930-х гг., можем ли мы избежать такого исхода?