Odvolává se na starý otřepaný „teorém ricardiánské ekvivalence,“ vzkříšený harvardským ekonomem Robertem Barrem, podle něhož „dluhově financované výdaje nemohou mít žádný účinek, jelikož lidé vědí o vyšších budoucích daních, jimiž bude nutné dluh splatit, a tak jednoduše víc šetří.
Он ссылается на престарелую «рикардианскую теорему эквивалентности», возрождённую гарвардским экономистом Робертом Барро (Robert Barro), по словам которого «расходы, покрываемые за счёт кредитов, не могут дать никакого эффекта, поскольку люди, зная о введении в будущем более высоких налогов, посредством которых долг будет возвращаться, просто станут больше сберегать.