Avšak onen postkomunistický Boris Jelcin, ačkoliv občas prohlašoval věrnost mlhavému kolektivnímu významu slova rossijaně (občané Ruska), připravil – nebo vysvobodil, to je věcí názoru – Rusy o veškerý kolektivní život; jak o realitu společně prožívaných strastí života, tak o imaginární položivot komunistické solidarity.
И хотя тот самый пост - коммунист Борис Ельцин заявил о приверженности смутному коллективному понятию Россияне (граждане России), на самом деле он лишил - или освободил, дело личного мнения - Россию от коллективной жизни, как реальной жизни с разделением трудностей, так и воображаемой полу - реальности коммунистической солидарности.