Zotavení se podle Krugmana nedostavilo navzdory fiskální přísnosti, proti níž roky brojil, nýbrž proto, že jsme „podle všeho přestali utahovat šrouby: Veřejných výdajů sice nepřibývá, ale alespoň se přestaly propadat.
Согласно Кругману, восстановление произошло не из-за сокращения расходов, против которого он выступает в течение многих лет, а потому что мы «похоже, перестали затягивать гайки: госрасходы не растут, но они, по крайней мере, перестали падать.