Bylo by to k ničemu, řekla rezignovaně a pak mi vyprávěla, jak její dvanáctiletá dcera ve škole pravidelně slyší, že všichni Čečenci jsou zločinci a že je nikdo nemá rád.
«Ни к чему хорошему это не приведет&quot;, - сказала она безропотно и рассказала о том, как ее двенадцатилетней дочери неоднократно говорили в школе, что все чеченцы преступники и что их никто не любит.