Je mnoho důkazů, které naznačují, že aféra nevznikla v rámci systematického plánu znárodňování, ale kvůli dojmu Kremlu, že Chodorkovskij se snažil využít svého bohatství k privatizaci samotného ruského státu.
Многие доказательства указывают на то, что дело возникло не в систематическом проекте национализации, а скорее в восприятии Кремля, которое состоит в том, что Ходорковский хотел использовать свое богатство для того, чтобы приватизировать само российское государство.