Bojí se budoucnosti, protože budoucnost znamená buď tržně orientované reformy, nebo další ekonomický a politický propad, přičemž Francouzi obojí považují za nepřijatelné, i kdyby jen proto, že se to neslučuje s jejich hrdostí.
Они боятся будущего, потому что будущее означает либо рыночно-ориентированные реформы, либо дальнейший экономический и политический упадок. И то и другое воспринимается как нечто неприемлемое, пусть и лишь потому, что вступает в противоречие с французским самолюбием.