Jedná se o otázku obzvlášť těžkou pro Bushovu administrativu, která je rozpolcená mezi prezidentovým dřívějším souhlasem s Putinem a jeho prodemokratickou agendou.
Этот вопрос особенно труден для администрации Буша, которая разрывается между первоначальной поддержкой, которую президент оказал Путину, и его демократической повесткой дня.