Místo aby vyžadoval disciplínu, jeho muži nosili, co chtěli, nikdy nikomu nesalutovali a nikdy necvičili drilem.
Вместо того, чтобы настаивать на дисциплине, его солдаты носили то, что хотели, никогда не приветствовали никого, их никогда не подвергали муштре.