Propast mezi kosmopolitními ropnými sejky a nespokojeným, téměř zoufalým zbytkem obyvatel bez volebního práva se stále rozsiřovala.
Увеличивался разрыв между космополитическими нефтяными шейхам и недовольным, лишенным гражданских прав и находящимся в практически безнадежном положении остальным населением.