Navíc platí, že klíčovou otázkou ohledně „dobrých zpráv“ je to, nakolik by bylo patřičné je místo zlepšení hospodářských politik a reforem připisovat nečekaným ziskům z vyšších cen ropy a zemního plynu (tedy faktorům mimo ruskou kontrolu).
Более того, ключевой вопрос, касающийся “хороших новостей”, заключается в том, как много из них следует связать скорее с непредвиденными доходами, полученными благодаря резкому росту цен на нефть и природный газ (следовательно, с факторами, которые находятся не под контролем России), чем с улучшением экономической политики и реформами в экономике.