Západní (a také japonští) imperialisté ho počátkem 20. století používali k ospravedlnění svých „misí za zcivilizování“ nebo „modernizaci“ domorodců.
Западные (и, в действительности, японские) империалисты использовали его в начале двадцатого века для оправдания своих &quot;миссий&quot; с целью &quot;окультурить&quot; или &quot;модернизировать&quot; местных.