V případě jakékoliv jiné nakažlivé nemoci nebo globální zdravotní hrozby by se takové snížení míry výskytu a úmrtnosti téměř rovnalo zázraku.
Для любого другого инфекционного заболевания или глобальной угрозы здоровью достижение такого снижения заболеваемости и смертности было бы ничем иным, как чудом.