Jakmile totiž člověk přestane vnímat teroristické útoky z roku 2001 jako ryze náboženské vyjádření, je nucen vytáhnout na světlo kostlivce ve skříni: zmíněné útoky byly v podstatě vyjádřením politickým.
На данный момент террористическая атака 2001 года уже не рассматривается в качестве чисто религиозного заявления, приходится столкнуться с очевидным: нападение было, по сути, политическим заявлением.