Maalouf doufá, že jednou za svůj domov bude moci označit celý Střední východ a že jeho vnukovi bude jeho kniha připadat jako zvláštní memento doby, kdy bylo nezbytné tyto argumenty předkládat.
Маалуф надеется, что однажды он сможет весь Ближний Восток назвать своей родиной, и что его внук посчитает его книгу странным напоминанием о времени, когда эти вопросы нужно было поднимать.