Schopnost začít jasněji rozeznávat nejhlubší hnutí lidské duše je jeden z nemnoha darů, jejž věznění člověku může dát.
Возможность начать видеть более ясно, чем большинство внутренних механизмов человеческой души, является одним из немногих даров, которые может дать лишени�� свободы.