Domnívala jsem se kdysi, že Putinův konec by se mohl podobat nenadálému a krvavému pádu Lavrentije Beriji, Stalinova všemocného šéfa bezpečnosti, jehož zlikvidoval systém svévolné spravedlnosti, který pomohl stvořit.
Когда-то я думала, что конец Путина будет напоминать неожиданную и кровавую кончину Лаврентия Берии, всемогущего руководителя службы безопасности Сталина, который стал жертвой судебной системы, созданной им самим.