Japonskou touhu pokračovat v lovu velryb nemotivuje pouze odpor ekologů vůči němu, ale v minimálně stejné míře také „emoce“.
На самом деле желание Японии продолжить промысел китов мотивировано &quot;эмоциями&quot; не в меньшей степени, чем выступлением защитников окружающей среды против этого.