A jelikož dohody mohou být dobré i špatné, férové i kořistnické, větší metaforickou hloubku přidalo slovo „nová“, naznačující, že Rooseveltova dohoda je lepší, spravedlivější a přitažlivější.
И поскольку сделки могут быть хорошими или плохими, справедливыми или нечестными, слово «новый» придавало метафорическую глубину, подчеркивая, что сделка Рузвельта была лучше, честнее и более привлекательной.