Vzhledem k tomu, že konfucianismus byl v podstatě agnostickou ideologií, zabývající se organizací viditelného světa, postkonfuciáni pocítili jen málo z duchovního hněvu, jenž prostoupil hinduisty, muslimy i křesťany při střetu s „materialismem“ průmyslové společnosti.
Поскольку конфуцианство по сути было агностической идеологией, относящейся к управлению наблюдаемым миром, постконфуциане испытывали не столь уж сильную духовную обеспокоенность, по сравнению с индуистами, мусульманами и христианами, столкнувшимися с «материализмом» индустриального общества.