Santos pravděpodobně chtěl, aby byly rozhovory vnímány jako relativně bezpodmínečná kapitulace a odzbrojení „narkogeril“.
Сантос, вероятно, хотел, чтобы переговоры рассматривались, как относительно безоговорочная капитуляция и разоружение «нарко-партизан».