Co však z Velké iluze dělá nejsmutnější knihu v mé pracovně je to, že jsme si pro vedení válek našli jiné důvody a že v letech, jež následovaly po vzniku Angellovy knihy, došlo k těm nejděsivějším a nejkrvavějším válkám v dějinách.
Но что делает "Большую иллюзию" самой грустной книгой на книжной полке моего офиса, это то, что мы нашли другие причины вести войны, и те годы, которые прошли с тех пор, как Энджелл написал свою книгу, видели самые ужасные и кровавые войны, которые когда-либо были.