Pro mnohé bylo možná překvapením, že se tyto rozdíly neprojevily podle očekávaného scénáře, v němž se měli noví členové chovat nelítostně pragmaticky a požadovat od EU tolik peněz, kolik se dá získat, zatímco většina západních zemí měla na závěr zmírnit svůj národní egoismus ve prospěch několik desítek let starých ideálů evropské integrace.
Вероятно, это удивило многих, но эти различия проявились не по тому сценарию, как ожидалось, по которому новые члены должны были быть беспощадно прагматичными и требовать как можно больше денег от Евросоюза, в то время как большинство западноевропейских стран должны были, в конце концов, поступиться своим национальным эгоизмом ради насчитывающих уже несколько десятилетий идеалов европейской интеграции.