Jednou jsem se setkal se třemi bývalými ruskými disidenty, kteří byli diagnostikováni jako schizofrenici a proti své vůli léčeni.
Однажды я беседовал с тремя бывшими российскими диссидентами, которым был поставлен диагноз «шизофрения» и проведено насильственное лечение.