Tatáž pohnutka se podle všeho uplatňuje u italské politiky vůči Autostrade, španělské vůči Endese, polské k tamnímu bankovnímu sektoru, u přístupu bývalého švédského premiéra k Volvu, německé stísněnosti ohledně fondů připodobněných ke „kobylkám“ na Deutsche Börse či u stále hlasitější britské obrany nezávislosti londýnské burzy na Spojených státech.
Тот же импульс, похоже, стоит позади политик Италии относительно Autostrade, Испании относительно Endesa, Польши относительно ее банковского сектора, прежнего премьер-министра Швеции относительно Volvo, немецких волнений по поводу капитала-"саранчи" в немецком Börse, или еще более громкой защиты независимости Лондонской Фондовой биржи Великобританией от Соединенных Штатов.