Zní to jako špatná zpráva, protože to znamená, že uhlík nebude mít žádnou mezinárodně stanovenou cenu a bez tržní ceny lze jen těžko vidět, jak by se uhlíkové emise daly účinně organizovat.
Это звучит как плохая новость, потому что это означает, что уже не будет международной цены на углерод, а без рыночной цены трудно представить, как можно эффективно организовать сокращение выбросов углерода.