В статье предпринимается попытка выяснения имени барнаульского доктора, верно диагностировавшего болезнь писателя в середине февраля 1857 г., настоящая эпилепсия. Свидетельство об этом факте содержится в эпистолярии писателя (письма брату Михаилу и другу барону А.Е. Врангелю от 9 марта 1857 г.). Привлекая архивные источники, автор работы предполагает, что «честным и дельным» барнаульским доктором мог оказаться только Иван Антипович Преображенский коллежский советник, исправляющий должность Инспектора Алтайских госпиталей. В статье также рассматривается, как черты прототипа получают сатирическое преломление в повести из барнаульского быта «Дядюшкин сон». Эта повесть первоначально задумывалась как комедия и предназначалась для местного театра. Образ мордасовского доктора Каллиста Станиславовича тонко обыгрывает важные детали биографии И.А. Преображенского с необходимым жанровым смещением от плюса к минусу. В процессе творческой трансформации Достоевский отталкивается от прототипа, усложняет и обогащает мольеровский образ врача-шарлатана, доводя до пародийного предела с целью завуалировать биографический контекст.
достоевский, повесть &quot;дядюшкин сон&quot;, сибирь, сибирский текст, биографический текст, доктор