В отличие от большинства нахско-дагестанских языков, лакский и даргинский языки обладают богатыми системами личного согласования, в которых представлено несколько неоднородных инвентарей личных показателей. Часть этих показателей восходит к наиболее типичному источнику показателей личного согласования личным местоимениям (Troubetzkoy 1929; Nikolayev and Starostin 1994). В то же время происхождение большинства личных показателей остается неизвестным. В данной работе рассматриваются грамматические свойства личного согласования в различных диалектах даргинского языка, в том числе морфологические свойства категории глагольного лица, представленные в даргинских диалектах типы лично-числовых оппозиций, правила контроля личного согласования и разновидности личной иерархии, характерные для того или иного диалекта. Отмечается, что в даргинском языке наблюдается две тенденции в ранжировании именных групп: в части диалектов (в особенности в диалектах, расположенных на севере даргиноязычного ареала) первое и второе лица занимают в личной иерархии равное положение; другие диалекты (в особенности расположенные на юге и юго-западе ареала) помещают в привилегированную позицию второе лицо. Анализ грамматических свойств личного согласования в даргинском на синхронном уровне позволяет выдвинуть предположение о происхождении нетипичной личной оппозиции, наблюдаемой в большинстве даргинских видо-временных парадигм, где формы второго лица единственного числа противопоставлены формам, употребляющимся в обоих числах первого лица и во множественном числе второго лица (2SG vs. 1SG &amp; 1PL &amp; 2PL). Эта гипотеза объясняет структуру современных личных парадигм как результат грамматикализации аллокутивной клитики, маркирующей множественность адресата.
нахско-дагестанские языки, даргинский язык, личное согласование, контроль личного согласования, личные иерархии, аллокутивный показатель