В статье рассматриваются обозначения медлительных и расторопных людей, мотивированные наименованиями мифологических персонажей. Материалом для статьи послужила лексика русских народных говоров. Отмечается, что развитие значения скорости наблюдается только у имен низших демонов, имеющих, по поверьям, непосредственный контакт с людьми; представителям низшей демонологии приписывается способность каузировать у человека состояние активности или заторможенности. Наибольшей продуктивностью характеризуются наименования черта и беса, для которых релевантен признак быстроты. Образы данных персонажей детально проработаны в «скоростной» лексике и фразеологии: подвижный человек сравнивается непосредственно с чертом и бесом (быстрый как чёрт, первый бес); эталоном движения с высокой скоростью выступают прототипические ситуации, в которых черт и бес демонстрируют способность к быстрому перемещению (как бес от грома); выбор человеком неестественно высокой скорости объясняется влиянием черта или беса на его сознание (чёрт гнал). В основу номинаций быстроты также могут быть положены имена таких персонажей, как шуликуны, кострома и ягарма. В первом случае семантическое развитие имени мифологического персонажа основано на представлениях о его поведении и внешнем виде (шуликуны маленького роста, подвижны и суетливы), в двух других определяется принадлежностью костромы и ягармы к числу персонажей устрашения и сближением их с демоническими силами: образы мифологических персонажей, обладающих «надприродными» свойствами, продуктивны в «скоростной» номинации, привлекаются для описания «выдающихся» способностей человека. Семантика медлительности представлена у рассматриваемых лексем единичными примерами (слепая макура), однако обозначения кикиморы (шишиморы) и кумохи получают противоположную скоростную интерпретацию.
этнолингвистика, русская диалектная лексика, семантическая деривация, народная демонология