Предметом рассмотрения статьи стала лексика, называющая человека, говорящего на диалектном типе русского и русинского (в его закарпатском варианте) языков. Материал – более 2 тыс. существительных и прилагательных – доказал значимость указанного параметра в оценке человека с позиций обеих культур. Сопоставление выявило: 1) общие нормы народного речевого этикета социального (говорить по делу, не лгать, не сплетничать и т. п.) и орфоэпического рода (говорить внятно, в среднем темпе и др.); 2) асимметрию лексических подсистем – явное преобладание пейоративных единиц, маркирование в большей степени содержания, а не манеры речи, меньшую долю слов женского рода по сравнению со словами мужского рода (за исключением группы «Сплетники»); 3) звукоподражательную природу значительного количества производных (баляба, мыргоня / гойкаш, мымрак) и др. Особенности представления homo loquens в двух славянских культурах состоят в мотивах наименования, моделях именного словопроизводства. Так, в русском языке в деривации довольно активно используется соматическая лексика: ротан, кривоязычник, губотреп, брылотряс; горлаш, жереластый; ушница, но более всего – с корнем хвост(двухвостка, охвост, хвостобой) и зуб(долгозубый, зубан, зуботыка). В русинском в значительно большей степени наблюдается параллелизм форм в образовании наименований по гендерному признаку: дудрош – дудрошка, лармач – лармачка, нїмак – нїманя.
человек говорящий, речевое поведение, народная культура, диалектная лексикология