В статье на материале агиографических памятников под названием «циклы» (сер. VII сер. VIII в.) анализируется легенда об императоре Диоклетиане, сложившаяся в коптской литературе. Ее сравнение со сведениями греческих и латинских историков (Евсевий Памфил, Лактанций, Аврелий Виктор, Евтропий) позволяет говорить о продуманной трансформации исторического образа в соответствии с принципами генезиса и бытования мученических и житийных текстов, с той особенностью, что создается герой отрицательный. Даже фантастические или не совпадающие с историческими обстоятельствами рассказы из жизни Диоклетиана не случайный плод воображения, но методичная работа в рамках уже сложившихся канонических схем, прежде всего мученичества, и идеальных образов, в первую очередь правителя. Функциональным оказывается прием антитезы: отсутствующие в историческом описании черты воссоздаются как противоположность принятого идеала. Из исторического материала выбирается тот, который наиболее полно соответствует создаваемому герою, т. е. авторов интересует правдивость образа, как они ее понимают, а не правдивость в передаче фактов. Так, Диоклетиану усваиваются факты и черты не тезки, но реальных инициаторов Великого гонения Галерия и Максимина Дазы, о которых сообщают историки. Агиографы не смущаются пренебрегать и хронологическими рамками, например, они придают своему Диоклетиану черты не только его современников, но и Юлиана Отступника с целью создать образ идеального отрицательного героя. Правомерными и допустимыми воспринимаются сюжеты, если они построены по аналогии с библейскими историями или с учетом экзегетической традиции. Интересным феноменом можно признать последующее восприятие агиографической реальности в качестве источника достоверных сведений.
коптская агиография, циклы, легенда о диоклетиане, вымысел как способ структурного построения, коптские мученики, предательство епископа