Как договариваются о безопасности на Донбассе?
В среду, 29 ноября, в Минске пройдут очередные переговоры между Украиной, Россией и ОБСЕ об урегулировании конфликта на Донбассе.
Донбасс ожидает третья зима в условиях конфликта Переговоры, которые продолжаются уже четвертый год, до сих пор не привели к устойчивому прекращению огня на востоке Украины. Как рассказывает Евгений Марчук, представитель Украины в переговорной подгруппе по вопросам безопасности, максимум, чего удалось достичь - тишина на фронте в течение нескольких недель в позапрошлом году. Представители непризнанных "ДНР" и "ЛНР" привлечены к участию в переговорах, но не в качестве полноценных участников. Впрочем, по словам Евгения Марчука, сейчас официальная российская сторона все чаще настаивает на том, чтобы Киев напрямую говорил с сепаратистами. В ходе последнего раунда переговоров в подгруппе по безопасности россияне даже сели позади представителей так называемых "республик", хотя обычно было наоборот. Как отметил Евгений Марчук, тогда это фактически сорвало переговоры, ведь Украина не могла согласиться на такую замену. Какие же вопросы безопасности будут обсуждать в Минске в среду, и почему Киев категорически отказывается от любых прямых переговоров с "ДНР" и "ЛНР", рассказывает Марчук. Новые участки разведения сил Евгений Марчук - представитель Украины в переговорной подгруппе по вопросам безопасности Евгений Марчук: Первый вопрос - это комплексное прекращение огня. Уже в течение 40-50 раундов переговоров он всегда на первом месте. Второй - разведение живой силы и техники на расстояние по километру от линии фронта. Три участка уже были определены, и в отношении двух все прошло нормально, а в отношении третьего - не получается (Речь идет о Станице Луганской, где силы так и не были отведены ни со стороны ВСУ, ни со стороны "ЛНР". В то же время возле Золотого и Петровского разведение сил состоялось. - Ред.) Мировой опыт показывает, что такого рода конфликты без разведения сил нигде не удавалось урегулировать - стороны воевали и убивали друг друга, стоят на расстоянии 500-700 м, снайперы, разведка и командиры в бинокль видят противника. Поэтому обстрелы происходят каждый день - из минометов и артиллерии. А снайперы все время терроризируют передовую. В среду будут обсуждаться предложения по определению новых участков по разведению сил - чтобы сделать хотя бы 100 километров линии соприкосновения [где будут разведены силы] на два, а лучше пять, километров вглубь ... Сейчас, согласно позапрошлогоднему соглашению, каждая из сторон отвела тяжелое вооружение на 15 км. Таким образом была создана 30-километровая зона вдоль линии соприкосновения - 426 км без тяжелой артиллерии и тяжелых минометов и танков. (Обе стороны постоянно обвиняют друг друга в нарушении договоренности об отводе тяжелого вооружения, в частности, периодически поступают сообщения о танковых обстрелах. - Ред.) Согласно процедуре ОБСЕ, они сконцентрированы в специальных местах: 12 на нашей территории и еще восемь - на временно оккупированной. ОБСЕ контролирует, чтобы эта техника не заходила в зону боевых действий. Принципиальным вопросом является определение следующих участков, где не было бы не только тяжелой техники, но и военных. Разрушить недоверие Стороны в очередной раз будут договариваться об отводе всех военных сил с линии фронта Третий вопрос на переговорах - защита объектов жизнеобеспечения. Линия фронта прошла через многие магистрали - водопроводы высокого давления, газопроводы, высоковольтные линии электропередач. Например, Донецкая фильтровальная станция - она ​​находится на территории, которую частично контролирует украинская сторона, но очень близко к зоне боевых действий, поэтому была разрушена. Станция обеспечивает водой Донецк, а оттуда заходит и в Мариуполь. Чтобы ее отремонтировать нужно было договориться о прекращении обстрелов хотя бы на семь дней. А перед этим надо было разминировать подходы. По всей линии фронта таким образом удалось отремонтировать 12 объектов. Это вопрос невоенного характера, он связан с жизнью гражданского населения. Но такие вопросы по капле разрушают недоверие сторон. Например, серьезно стоит вопрос о ремонте моста через Северский Донец в Станице Луганской. Он очень важен для местного населения, и "Красный крест" готов выделить немалые деньги на это. Разрушенный мост в Станице Луганской Но с его ремонтом возникает опасность - по нему могут прорваться танки. Поэтому предлагается, чтобы его все-таки отремонтировали, но оставили деревянную вставку на несколько десятков метров - если танк туда заедет, то провалится ... Договориться об устойчивом прекращении огня не удается по разным причинам. Последние раундов 10-11 четко видно, что российская сторона получила установку максимально блокировать любой прогресс ... (Москва в постоянных срывах перемирия и нежелании выполнять "политическую часть" Минских соглашений обвиняет Украину. - Ред.) Единственное, по всему видно, что обмен заложниками - здесь будет положительный результат, потому что договоренность состоялась на высших уровнях. Проблема прямых переговоров Представители самопровозглашенных "ДНР" и "ЛНР" привлекались к участию в переговорах в Минске еще с 2014 года, но не в качестве полноценной стороны ВВС Украина: Возможны ли прямые переговоры Киева с "ОРДЛО" и в каком виде? Е.М.: Невозможны, ведь Россия с радостью это примет и заявит о внутреннем конфликте в Украине. Скажет, что она не сторона конфликта и будет настаивать на отмене санкций. Поэтому украинская сторона не может пойти на прямые переговоры так, как это происходит с Россией. Хотя исключать "ОРДЛО" из переговорного процесса не стоит. В заседаниях трехсторонней контактной группы они участвуют, но не в качестве полноценных переговорщиков. Сначала проходит заседание трехсторонней переговорной группы, а затем, если координатор ОБСЕ считает нужным, им задают вопросы, они что-то спрашивают. Сама жизнь заставляет задавать им вопросы. Например, относительно ремонта объектов инфраструктуры - как без них? Это же все делается на низовом уровне.