Трущобы в центре Мумбаи. Почему у туристов они популярнее Тадж-Махала?
"Прекрасно проведенный день", - пишет в своей рецензии турист, посетивший экскурсию по трущобе Дхарави в индийском городе Мумбаи.
На фото справа - самая популярная достопримечательность Индии "Почти все были дружелюбны. Никто не попрошайничал", - добавляет он. Тысячи людей со всего мира приезжают, чтобы посмотреть на узкие улочки крупнейшей трущобы в Азии. Так называемый "трущобный туризм" или "туризм бедности" набирает все большую популярность. Такие туристы ищут районы, население которых живет в крайней нищете, чтобы по-настоящему понять, как живется таким людям. Недавно сайт TripAdvisor назвал экскурсию по трущобе Дхарави самым популярным туристическим маршрутом в Индии, поставив ее даже выше посещения Тадж-Махала. "Большинство из них приезжает из США, Великобритании и Австралии", - рассказывает Кришна Пуджари, основавший в 2005 году компанию Reality Tours and Travel, которая проводит туры по трущобе. Она стала одной из первых местных компаний, занимающихся исключительно трущобным туризмом в Дхарави. "Когда мой британский друг Крайст Уэй предложил проводить экскурсии по трущобам, я растерялся. Кого может заинтересовать прогулка по трущобам? Но потом я понял, что там можно столько всего увидеть и узнать", - говорит Пуджари. Дхарави - самая большая трущоба в Азии Дхарави находится на дорогой земле в самом центре Мумбаи. В ее нескончаемых узких улочках, мастерских и тесных лачугах ютится около миллиона человек. Там есть общественные туалеты и колонки с водой, но с санитарией дела обстоят плохо - вдоль улочек можно увидеть открытые сточные канавы. Многие жители работают в небольших мастерских, которые производят одежду с вышивкой, кожаные изделия высокого качества, а также изделия из керамики и пластмассы. По некоторым оценкам, общий годовой оборот местного бизнеса превышает 650 млн долларов. Но есть также и мусорщики, таксисты, неквалифицированные рабочие - безымянные, безликие люди, благодаря которым этот в целом неблагодарный город остается наплаву. Они занимаются своими повседневными делами, зачастую работая без перерывов. В поисках ощущений Что же заставляет обычных туристов приезжать и осматривать подобные места? "Люди посещают трущобы еще с викторианских времен. Сначала ради развлечения, а затем для изучения направлений социальных реформ", - говорит Мелисса Нисбетт, посетившая трущобы Дхарави с шестичасовой экскурсией в 2016 году. Она воспользовалась услугами одной из хорошо организованных туристических компаний, работающих в Дхарави. В зависимости от бюджета на некоторые экскурсии можно поехать в транспорте с кондиционером. Кришна Пуджари утверждает, что его компания - социально-ориентированный бизнес и организует образовательные программы для жителей трущоб Есть также компании, вроде Inside Mumbai, которые предлагают туристам поесть в одном из трущобных домов с целью "ценного культурного обмена". Мелисса Нисбетт считает, что нынешнее увлечение трущобным туризмом - это когда люди, "живущие на глобальном Севере, отправляются на глобальный юг, чтобы посмотреть на живущих в крайней бедности". По сути, Индия лишь недавно вошла в этот туристический тренд. В Бразилии и ЮАР подобные походы в трущобы практикуются уже относительно давно. "Во время экскурсии по Дхарави мне показалось, что другие туристы оказались там по той же причине, что и я: чтобы лучше понять реалии жизни в трущобе", - рассказывает Нисбетт. Но увиденное и услышанное ее покоробило. Идеализация нищеты? "Трущобы не описывают как проблему. На нищете внимание не акцентируется, или, вернее, она представляется как что-то нормальное, естественное. В некоторых случаях ее даже романтизируют", - говорит она. "Нам не советовали разговаривать с местными жителям, поэтому их чувства оценить сложно. Они занимались своими повседневными делами и не обращали на нас внимание", - отмечает Нисбетт. После возвращения домой она проанализировала сотни отзывов, оставленных на туристическом сайте TripAdvisor, чтобы понять, что испытали другие путешественники. Ее встревожило, что большинство рецензентов в начале экскурсии переживали из-за нищеты вокруг, но к концу поездки вдруг решали, что проблема отсутствует. "Думаю, что если у людей остается такое впечатление, когда они покидают трущобы, значит что-то делается неправильно. Экскурсия проводится с благими намерениями, она показывает экономическую мощь трущобы, но при этом умалчивается, что большинство обитателей там подвергаются дискриминации из-за кастовой системы или что у них среди прочего нет нормального доступа к электричеству и чистой воде", - объясняет Нисбетт. Не все экскурсионные компании разрешают фотографировать Мелисса вспоминает, что другие экскурсионные компании разрешали фотографировать в трущобах. По ее мнению, из-за этого местные жители чувствовали себя неловко. "Жители чувствуют себя менее изолированно, но при этом и их озадачивает, что столько иностранных туристов хотят наблюдать за их жизнью", - говорит Адити Ратхо, изучавший эту тему в аналитическом центре Observer Research Foundation. "В то же время очень немногие жители говорят о прямой экономической выгоде или называют свое трудоустройство прямым следствием этих экскурсий, поэтому любые позитивные результаты незначительны и краткосрочны", - замечает он. Кришна Пуджари не согласен с такой точкой зрения. Дух предпринимательства Он утверждает, что его компания верит, что можно изменить отношение к жизни в трущобах, показывая тамошний дух предпринимательства, но при этом и другие стороны жизни в этих местах. "Во время экскурсий мы говорим о том, что происходит на самом деле - от висящих электропроводов до процветающей индустрии утилизации. Но мы хотим, чтобы люди, которые считают, что трущобы - это только нищета, опасность и попрошайничество, смогли сами всё увидеть", - говорит Пуджари. Его компания не разрешает фотосъемку на экскурсиях. "У нас действует строгий запрет на фотосъемку", - подчеркивает он. Кришна Пуджари утверждает, что его компания - социально-ориентированный бизнес и устраивает образовательные программы для жителей трущоб. Этим занимается благотворительное подразделение компании Reality Gives. По словам Пуджари, на это идет часть средств, получаемых от экскурсий. Но это лишь один почин в стране, где, по данным переписи 2011 года, в трущобах живут 65 млн человек. Перепись определяет трущобу как жилой район, "в котором дома непригодны для жизни". По словам Кришны Пуджари, в Дхарави через каждые пять метров бывает мастерская Мохаммед проводит экскурсии по трущобам. Он считает, что туристам нужно видеть упорство и стойкость людей: "Скажу так - если игнорировать этих людей, притворяться, что их не существует, это будет настоящим преступлением против человечности". Но дают ли подобные экскурсии что-то помимо обогащения отдельных людей? Способствуют ли они структурным переменам? "Эти усилия, возможно, не могут в достаточной мере решать сложные и многообразные проблемы, связанные с относительной бедностью, - полагает преподаватель Лестерского университета Фабиан Френзель. - Вместо этого положительный эффект таких экскурсий - в том, что благодаря им трущобы оказываются на виду, и у жителей есть возможность требовать более равномерного распределения ресурсов или бороться против угроз, например, выселения". Политическая возможность Представления о жизни в трущобах, которые продвигаются на туристических экскурсиях, можно назвать одномерными, но Фабиан считает, что и они влияют на политическое и социальное сознание. "Индия отправляет ракеты на Луну, и в то же время значительная часть ее населения не получает таких положенных ему услуг, как жилье и канализация. Трущобный туризм может быть неудобен для политической элиты Индии, но у него, очевидно, есть политический потенциал", - полагает Френзель.