"Исламское государство" и международное право: кто прав?
После того как США и их союзники при поддержке ряда арабских стран нанесли воздушные удары по позициям боевиков "Исламского государства" в Сирии, возник вопрос: как подобные действия объясняются с точки зрения международного права?
"Исламское государство" захватило территории в Сирии и Ираке. Штаб-квартира ИГ в Алеппо была отбита силами оппозиции. Юридическое объяснение зависит от того, наносятся ли удары по территории Сирии или Ирака. Правительство в Багдаде попросило международные силы оказать помощь в борьбе против ИГ. И до тех пор, пока военные действия союзников ограничиваются территорией Ирака, международному сообществу вовсе не обязательно привлекать в качестве обоснования своих действий 51 статью Устава ООН, в которой говорится о праве на коллективную безопасность. В соответствии с собственной конституцией правительство Ирака может применять силу внутри своих границ для борьбы с вооруженными формированиями, которые силой захватили часть территории страны. С другой стороны, правительство любой страны теряет право попросить об иностранной военной помощи, если оно теряет контроль над значительной частью своей территории в результате массовых протестов. Любое правительство, потерявшее таким образом свою легитимность, не имеет права возвращать утерянный контроль за счет иностранной интервенции. Подобным примером является бывший президент Украины Виктор Янукович, чей призыв к России оказать ему помощь уже не имел под собой юридического обоснования, потому что к этому времени он уже исчерпал кредит доверия у большинства населения. Именно поэтому Запад критиковал Москву за продолжающиеся поставки вооружений режиму Башара Асада в самом начале нынешнего конфликта. Аналогичную критику заслужил и Иран, чья помощь сыграла ключевую роль в смещении баланса сил в сирийском конфликте в пользу правительственных войск. Почему Ирак - не Сирия? Солдаты армии Ирака на учениях около Басры. Армия Ирака не в состоянии сама справиться с боевиками ИГ В Ираке же ситуация совершенно иная. ИГ является экстремистским движением, силой захватившим часть территории суверенного государства. Оно осуществляет контроль над захваченными территориями, терроризируя, изгоняя и убивая тех, кого считает нежелательными элементами. Если ИГ не будет остановлено, власть джихадистов приведет к постоянному угнетению населения и нарушению самых основных конституционных прав. При этом новое правительство Ирака было сформировано специально таким образом, чтобы включить в него представителей всех групп общества: шиитов, суннитов и курдов. В его легитимности никто не сомневается, даже несмотря на военные успехи ИГ. Напротив, новое правительство просто обязано сделать все от него зависящее для того, чтобы защитить конституционные права своих граждан, в том числе оно может обратиться и за иностранной военной помощью. Эта военная помощь, опять же с согласия правительства страны, может распространяться и на курдские вооруженные формирования "пешмерга" - до тех пор, пока они сражаются именно против боевиков ИГ. Самооборона? Однако ситуация с действиями против сил "Исламского государства" на сирийской территории гораздо сложнее. Правительство Сирии не давало формального согласия на подобные операции. Впрочем, если бы такое согласие и было получено, никто не мог бы гарантировать, что истинной целью Башара Асада была бы именно борьба с исламистами, а не восстановление собственного контроля над страной. Президент Сирии Башар Асад не контролирует большую часть территории страны и не может защитить граждан от боевиков ИГ. В любом случае, президент Асад, которого поддерживает Россия, уже заявил, что воздушные удары по позициям ИГ являются грубым нарушением международного права. И хотя многие страны, включая США и Великобританию, считают Национальную коалицию сирийской оппозиции "легитимным представителем сирийского народа", ни одна из них не признает коалицию в качестве законного правительства Сирии. Следовательно, согласие или несогласие коалиции на военные операции на сирийской земле не имеет никакой юридической силы. Более успешной, с юридической точки зрения, являлась бы попытка рассматривать любые действия в Сирии как продолжение помощи правительствув Багдаде в освобождении своей территории от исламских боевиков. ИГ невозможно победить только на территории Ирака, если не уничтожить его базы и пути обеспечения, ведущие с сирийской земли. Если бы правительство Башара Асада могло контролировать исламских боевиков, тогда любые действия, направленные против них, могли бы происходить исключительно с его согласия. Однако мало того, что оно вообще не контролирует территории, захваченные ИГ, но до недавнего времени, оно даже не пыталось с ним бороться, предпочитая перекладывать эту задачу на плечи вооруженной оппозиции. Дамаск либо не хочет, либо просто не в состоянии приостановить продвижение сил джихадистов вглубь иракской территории. НАТО настаивает на обеспечении безопасности любого члена альянса, в том числе и от экстремистов ИГ Поэтому, в соответствии с международной доктриной о самообороне, борьба с ИГ на территории Ирака может быть перенесена и на часть сирийской территории, если эта территория не находится под контролем правительства страны. При этом и США, и Великобритания, и Франция могут заявить, что борьба с боевиками является для них и вопросом внутренней безопасности. Тем не менее, та самая 51 статья Устава ООН гласит, что понятие "самообороны" применимо только в случае уже совершенных нападений или неизбежных нападений, а не угроз, которые только возможны с любой степенью вероятности. Невзирая на несколько вольную интерпретацию 51 статьи, на саммите в Уэльсе страны НАТО заявили, что "если безопасность любого члена альянса окажется под угрозой, мы не замедлим предпринять все необходимые шаги для того, чтобы обеспечить нашу коллективную безопасность". При этом тезис о "самообороне" получил дополнительное подкрепление после того, как в коалицию против ИГ вошла Иордания, непосредственный сосед Сирии и один из ключевых игроков на Ближнем Востоке, которая заявила о постоянных столкновениях с исламистами на границе. Иордания имеет право требовать полного уничтожения ИГ в Сирии для обеспечения безопасности своих границ. Гуманитарная миссия И, наконец, вполне возможно обосновать военную операцию в Сирии гуманитарными целями. Борьбу с ИГ без мандата ООН можно оправдать спасением мирного населения Действия ИГ в Сирии сопровождаются многочисленными и крайне жестокими нарушениями основных прав человека. В обязанность любого государства входит защита этих прав. Режим Асада, очевидно, не в состоянии защитить своих граждан от преступлений против человечности, совершаемых на его территории. Следовательно, военные действия могут быть предприняты для освобождения мирных граждан от тирании со стороны ИГ. После окончания холодной войны военная интервенция в гуманитарных целях осуществлялась более чем в 20 случаях. Однако ее законность почти всегда обеспечивалась соответствующим мандатом ООН. В данном случае можно не сомневаться, что Россия наложит вето на любую подобную резолюцию. Односторонние военные действия в гуманитарных целях остаются крайне противоречивым моментом международного права. Тем не менее, поскольку в последнее время все больший акцент делается именно на соблюдение прав человека во всем мире, судьба конкретных людей может перевесить на юридических весах абстрактную концепцию «суверенности» государства. Правда, в этой ситуации под вопросом оказывается мотивация вмешивающихся стран: вполне вероятно, что они озабочены собственной безопасностью, а не проблемами местного населения. Угроза уничтожения Без ответа остается главный вопрос: а кто заполнит вакуум власти после того, как боевики ИГ будут выбиты из Сирии? Будет ли это правительство Башара Асада или же объединенная оппозиция? Слишком велик может оказаться соблазн сменить на этой военной волне и сирийскую власть. Поэтому в настоящий момент наиболее убедительным юридическим аргументом может служить попытка представить операцию в Сирии, как продолжение операции в Ираке, санкционировать которую Башар Асад не имеет права из-за утраченного контроля над этой территорией. Военные действия против боевиков ИГ в Сирии могут проводиться и под знаменем защиты мирного населения, которому в целом ряде случаев угрожает реальное уничтожение от рук исламских фанатиков. Однако любые действия на сирийской земле будет крайне сложно ограничить только территориями, занятыми боевиками ИГ. После чего международное сообщество возвращается к тому, с чего все и началось: как обеспечить долгосрочное прекращение конфликта в Сирии?