Грузия: реформы остановились у тюремных дверей
Распространение на оппозиционных грузинских телеканалах видеозаписей, показывающих избиения и издевательства над заключенными в Глданской тюрьме, вызвали огромное возмущение в Грузии. Спонтанные демонстрации продолжаются на улицах Тбилиси и других городов.
Громкие отставки не положили конец протестам, вызванным записями пыток в тбилисской тюрьме Этот скандал, разразившийся за две недели до парламентских выборов, может повлиять на расстановку политических сил в Грузии. При этом он вызывает ряд вопросов. Грузинские власти приложили много усилий, чтобы представить себя как образцовое правительство, выбравшее курс на демократизацию. В борьбе с наследием советского прошлого особую роль сыграли реформы силовых структур: перемены в полиции, упразднение КГБ и другие. Они имели особенное символическое значение и служили примером для всех либералов на постсоветском пространстве. На этом фоне распространенные на оппозиционных каналах кадры из Глданской тюрьмы наносят серьезный удар по имиджу Грузии в глазах международного сообщества. Как же такое стало возможно именно в грузинских тюрьмах? Означает ли это, как утверждают некоторые аналитики, что реформы "остановились" у дверей тюрем? Борьба с ворами в законе Тут важно напомнить несколько пунктов. Во-первых, реформа грузинской тюремной системы была проведена. Она даже была одним из самых главных приоритетов команды Саакашвили. Но целью ее было уничтожение системы "воров в законе". Существует большое количество официальных заявлений и статей, которые хвалят правительство за успехи в этой борьбе. Какой ценой и какими методами она осуществлялась, считалось неважным. Во-вторых, о грубых нарушениях прав человека и жестоком обращении с заключенными в грузинских тюрьмах было известно и раньше. О них регулярно сообщали грузинские НПО, а также международные организации, например Human Rights Watch. И сам грузинский омбудсмен каждый год публиковал информацию о конкретных случаях насилия, не говоря уже о том, что существовали свидетельства самих пострадавших, прошедших через грузинские тюрьмы. Почему же взрыва возмущения не было раньше? Некоторые молчали, так как не было достаточно убедительных доказательств, другие - потому что были уверены в бесполезности своих выступлений в обстановке, когда многие предпочитали верить сказочным мифам о "мирном и безболезненном переходе к демократии по воле храбрых и добродетельных правителей". Были и те, кто боялись. Но видеть акты насилия своими глазами - это совсем другое дело, и это вызвало глубокий эмоциональный шок у большинства населения, которое просто не верит, что властные структуры об этом ничего не знали. В-третьих, эти нарушения вряд ли можно рассматривать как изолированные события. Наоборот, все указывает на то, что речь идет о распространенном явлении, а может, даже и систематическом. Многих потрясло явное стремление тюремных охранников унизить заключенных, и можно предположить, что это является частью политики, направленной на то, чтобы сломать систему воров в законе. Особенное возмущение и беспокойство вызвало и то, что в исправительные учреждения были направлены сотрудники полиции. (Ранее функции обеспечения порядка в тюрьмах выполняли представители министерства по исполнению наказаний, пробации и юридической помощи). Ведь именно министр внутренних дел Бачо Ахалая был во главе пенитенциарной администрации, когда началась борьба против воров в 2005 году. Тюремная статистика революции роз Наконец, эти нарушения надо рассматривать в более широком контексте реформ судебной системы и борьбы с криминалом, которые привели к росту тюремного населения. Количество заключенных после "революции роз" возросло втрое. Сейчас Грузия, где на 100 тысяч населения приходится 514 заключенных, занимает по этому показателю первое место в Европе (опередив Россию) и шестое место в мире. Подавший в отставку глава грузинского МВД Бачо Ахалая считается одним из самых близких союзников президента Саакашвили Более того, по данным омбудсмена, увеличилось число смертей в местах заключения: в 2010 году, например, этот показатель вырос по сравнению с 2009 годом на 50%. Система уголовного правосудия была построена таким образом, что в какой-то мере поощрялось применение силы против обвиняемых. Главную роль стало играть признание своей вины, особенно после введения процедуры plea bargain - соглашения между обвинением и защитой, когда защита обещает не оспаривать обвинение, а обвинители обещают предъявить обвинение по статье уголовного кодекса, предусматривающей менее строгое наказание, чем предполагалось первоначально. Выявление фактов жестокого обращения с заключенными снова поднимает сложный вопрос о методах, к которым может прибегнуть стремящееся к демократии правительство для того, чтобы искоренить институциональное насилие, унаследованное Грузией наряду с другими странами СНГ от бывшего Советского Союза. В данном случае есть опасения, что проводимая грузинскими властями политика могла способствовать сохранению высокого уровня насилия внутри пенитенциарного аппарата и в обществе и даже его легитимизации. Новая нестабильность Рано гадать, к каким именно политическим последствиям приведет этот скандал. Многое будет зависеть и от реакции правительства. Отставка министра внутренних дел Бачо Ахалая свидетельствует о том, что грузинские власти готовы к реформам. Не факт, что этого будет достаточно. Возмущение тем, что творилось в тюрьмах, не утихает. Возможно, чувство унижения, которое испытала до сих пор часть населения, по разным причинам кристаллизовалось после выявления этих фактов. На улицы вышли молодые люди, студенты, которые раньше политикой не интересовались. Демонстрации состоялись и в западной Грузии, где в качестве кандидата в мажоритарные депутаты баллотируется отец Бачо Ахалая, бывший главный прокурор Самегрело-Земо-Сванети Роланд Ахалая. Если избиратели в регионах, считавшихся традиционной опорой властей, отвернутся от правящей партии Единое национальное движение, это может существенно повлиять на расстановку сил. Нынешние протесты могут открыть новый период нестабильности в Грузии. Если Единое национальное движение выиграет на выборах, избиратели могут усомниться в том, что выборы были честными и не признают результаты голосования. Если же выиграют оппозиционные силы, что до сих пор казалось маловероятным, это может привести к институциональному кризису перед президентскими выборами 2013 года. Точные обстоятельства того, как были сняты кадры из Глданской тюрьмы и как они оказались на оппозиционных телеканалах, не ясны. Можно предположить, что это каким-то образом связано с предстоящими парламентскими выборами. Можно также предположить, что разные политические силы постараются извлечь из этого скандала дивиденды. Независимо от конкретных обстоятельств и от возможных политических последствий, в краткосрочной перспективе есть и положительные последствия случившегося. Раскрыты факты жестокого обращения с заключенными, общество осведомлено о ситуации в тюрьмах, и власти обязуются положить им конец. Все это можно рассматривать как положительный эффект ситуации, в которой существует настоящая конкуренция на выборах, а также как подтверждение того факта, что политическая игра в Грузии остается гораздо более открытой, чем в соседних государствах на постсоветском пространстве.