Сгенерируй вопрос по тексту, используя известный ответ. Текст: 'С глазами, полными слёз, Иван глядел в снег под собою: подступал конец его сказки. Правда, добрая половина Облога стояла нетронутой, но в сознании мальчика бор перестал существовать одновременно с гибелью той могучей хвойной старухи, что осеняла Калинову кровлю. Нет ничего медленней и томительней на земле, чем падение дерева, под чьей сенью посещали тебя смутные грёзы детства! Не дождавшись конца, весь содрогаясь, Иван отправился побродить по оголённому пространству. Он вернулся, когда миновал приступ отчаяния. Непонятно по прошествии стольких лет, откуда у тихого крестьянского отрока взялась такая ярость, но следует допустить одно для понимания всего дальнейшего: призвание смолоду ведёт человека по искусно подобранным зрелищам бытия, чтобы воспитать в нём сноровку и волю на осуществление его исторических целей. Можно только гадать, каким чудом оказалась у Ивана рогатка, кто вложил ему камень в руку посреди зимы. Кнышев успел выпустить первое облачко дыма, когда в щёку ему угодил Иванов гостинец. Произошло замешательство, скверная брань вспыхнула. Подоспевший помощник Кнышева Титка псом бросился на обидчика, пустившегося к лесу по снежной целине. Молодому было легче перескакивать завалы, зато на одном из них у Ивана соскочил валенок, и он со всего маху распорол себе ногу о сук, спрятанный под сугробом. Уже не больше десятка шагов разделяло их, и ходить бы Ивану – будущему профессору Вихрову – век с надорванным ухом, если бы не подвернулась та спасительная, под отлогим углом наклонённая берёза. Мальчик с ходу взбежал до развилины и сидел там, как в седле, обнажив зубы, страшный в своём недетском озлоблении, а Титка похаживал внизу, длинным языком лизал снег с ладошки, перстом грозился, пока во всём снаряжении не подоспел сам Кнышев. – Слазь, волчонок, – глухо сказал большой, еле переводя дух. – Гнилой барин! – повторил маленький, словно знал, что для Кнышева, гордившегося своим здоровьем и плебейским происхождением, нет клички обидней. Тут за дело взялся Титка: – Покарауль его, сейчас мы его жердиной оттеда сковырнём! Кнышев щурко смотрел на мальчонку, на его под рваным треушком сверкающие глаза, на босую, в крови, слегка посиневшую ступню. Что-то изменилось в его намерениях: вряд ли пожалел человеческого зверька в лохмотьях, но подивился, наверное, что за целое десятилетие его злодейской деятельности лишь один этот, во всей России, крестьянский паренёк с кулаками вступился за русские леса. – Ступай отсюда, дурак! – приказал Кнышев Титке. – Нет, погоди, валенок ему сперва отыщешь... (По Л.М. Леонову)'. Ответ: 'Иван.'.
Кто отправился побродить по оголённому пространству?