Тогда русский князь Мурьзя очень обрадовался, что мордовский народ покорился ему без сопротивления, и он отправился дальше: и куда на берег он кинет горсть земли, там быть городу, а где щепоть земли, там быть селу.
Рузонь князесь пек кецясь: «Эрзянь народось, — арсесь сон, — изнявсь тензэ апак тюре», — ды тусь уеме седе тов, козонь берёк лангс ёрты комордо мода — тосо улезэ ош, а козонь ёртсь сур прясо — улезэ тосо веле.