The surplus, the agency explains, occurred largely as a result of the higher US dollar to ruble exchange rate compared to the monthly average for June that was used for the estimate, as well as by virtue of the fact that actual gas production and the volume of exports of petroleum products exceeded projected levels.
Превышение, как поясняет ведомство, произошло преимущественно за счет более высокого обменного курса доллара США к рублю по сравнению со среднемесячным значением июня, использовавшимся для оценки, а также в силу превышения фактического объема добычи газа и объема экспорта нефтепродуктов прогнозируемых уровней.